С другой стороны Люмиан вытащил чёрную костяную флейту «Опус Ненависти» и смотрел, как кровь священника Монсеррата капля за каплей падала на отлитую из стали палубу, нисколько не впитываясь.
Только он перевёл дух, как услышал, как лежащий на земле и находящийся при смерти священник Монсеррат слабо, но упорно выкрикнул:
'Чтобы изгнать, Дитя божества, нужно узнать, Его истинное имя!
«Его истинное имя…»
Внезапно голос священника Монсеррата пропал, хотя его рот всё ещё открывался и закрывался.
А у ушей Люмиана снова раздался этот призрачный, пустой плач младенца.
В отличие от прежнего раза, плач раздавался издалека, словно из другого мира, и тело Люмиана не застыло и не похолодело, не потеряв способности двигаться.
Невидимое Дитя божества всё ещё опасается ауры «Кровавого Императора»? Это инстинктивный страх? Люмиан быстро огляделся по сторонам и обнаружил, что алый лунный свет на палубе — а точнее, вокруг него — исчез.
Эта область стала аномально тёмной, сюда не доносился даже плеск морской воды.
«Уа! Уа! Уа!»
Плач младенца продолжал звучасть, и место, откуда он доносился, постепенно становилось всё более чётким.
Люмиан резко опустил голову и уставился на уже переставшего дышать священника Монсеррата, на этот окровавленный труп, на его живот.
Тот неизвестно когда вздулся, словно внутри что-то шевелилось, распирая и без того изувеченный живот до зловещего жутко-алого цвета.
Люмиан слегка прищурился, опустился на одно колено и протянул правую руку, сжимавшую «Опус Ненависти», к высоко вздувшемуся животу священника Монсеррата.
Чирк!
От лёгкого взмаха чёрной костяной флейты кроваво-красный живот священника Монсеррата распоролся посередине; внутри оказались окрашенные кровью тонкие кишки и другие внутренности, но там не было ни так называемого Дитя божества, ни мокрого грязного младенца.
Пф-ф! Из распоротого кровавого живота брызнуло огромное количество бледно-жёлтой прозрачной жидкости, заляпав окружающую палубу.
«Уа! Уа! Уа!»
Плач младенца становился всё громче и всё жалобнее, и раздавался всё ближе к Люмиану.
Он, казалось, из-за гнева и ненависти постепенно подавлял страх перед аурой «Кровавого Императора».
Нужно найти кого-то знающего, чтобы изгнать это невидимое Дитя божества… Люмиан, чьей духовности сейчас хватало ещё на два «Перехода сквозь мир духов», собрался отправиться за помощью.
«Охотники» вовсе не специалисты в подобных делах!
Однако, активировав чёрную метку на правом плече, Люмиан обнаружил, что не может почувствовать мир духов и известные ему координаты.
Аномальная тьма, принесённая жалобным плачем Дитя божества, казалось, заблокировала эту область.