«Нет, он покончил с собой.»
«Покончил с собой?» Люмиан приподнял бровь, найдя это дело довольно любопытным.
Лугано наконец решился и выпалил на одном дыхании:
'Когда я работал охотником за головами, то зарабатывал тем, что контрабандой таскал товары через тайные перевалы горного хребта Дарьеж и даже помогал разыскиваемым преступникам бежать из страны. Танко был одним из них, но он бежал не из Интиса в Фейнапот, а из Фейнапота в Интис.
'Позже он нашёл долину в глубине гор, завёл себе участок, стал выращивать зерно и овощи, развёл скотину и почти ни с кем не общался. Я регулярно навещал его, привозил соль, сахар, ткань и другие товары, а в качестве платы он обучал меня кое-каким оккультным знаниям.
'Я подался в приключения и стал охотником за головами явно не для того, чтобы прожить серую жизнь. Оккультизм был для меня крайне притягателен, а знания, которым учил Танко, время от времени и впрямь оказывались полезными.
'Танко порой бывал молчалив, а характер имел скверный и упрямый, словно камень — будто раскаивался в чём-то, — а порой становился общительным и разговорчивым, проявляя интерес ко всему на свете.
«Изредка он говаривал, что отступил от учения матери и пал в бездну зла, из-за чего становится всё менее похож на самого себя и терпит всё большие мучения. А порой считал, что Церковь лжёт, и настоящая мать давно покинула этот мир…»
Дойдя до этого места, Лугано лишь сейчас осознал, что безумные речи Танко отчасти перекликаются с учением Школы Сошествия Божества, описанным священником Монсерратом.
Неужели нынешнее происшествие зародилось ещё тогда? Он мысленно ахнул, почувствовав, как всё его тело обдало холодом.
Он заговорил быстрее:
'Поздней осенью прошлого года я снова отправился навестить Танко, пил его домашнее вино и болтал о всяких делах за пределами гор.
«Внезапно он сказал мне, что больше не может выносить самого себя, пропитанного скверной и грехом, и что вскоре уже не сможет сопротивляться Демону, таящемуся в глубине его души. Он хотел закончить свою жизнь до того, как этот Демон полностью овладеет его телом, и просил меня доставить его наследие в Толер, столицу провинции Гая, и передать священнослужителям Церкви 'Матери-Земли», а лучше всего — благословенному.
'Я притворно согласился и долго его отговаривал, и он, казалось, отказался от этого замысла, но на следующее утро я обнаружил его мёртвым на поле, где только что убрали зерно. На его теле выросли многочисленные золотистые колосья пшеницы, а ещё… ещё у него выросло несколько женских половых органов.