Очевидно, он не считал плач младенца чересчур серьёзной проблемой!
Лишь после этого Люмиан озвучил свою настоящую догадку:
«Есть и третья возможность: осквернение, полученное тобой при контакте с Эннио, рассеивается не так быстро, а возможно, и вовсе не способно рассеяться естественным путём, из-за чего ты всё ещё сохраняешь связь с нерождённым Дитятей божества.»
«Тогда как избавиться от осквернения?» Лугано такое объяснение показалось куда более приемлемым, и он поверил, что способ существует.
Люмиан не стал отвечать сразу; позволив ему стоять перед собой, он вернулся к чтению недочитанного ответного письма госпожи «Фокусник»:
«Учитывая твою связь с Дитятей божества и запечатанного в тебе ангела Злого Бога, твоя встреча с членами 'Школы Сошествия Божества» не является случайностью.
«Однако твой переводчик и гид мало того что Потусторонний Пути 'Земледельца», так ещё и имеет кое-какие иные проблемы, так что его столкновение с делами, связанными с «Великой Матерью», вполне закономерно.
«Что касается того, какие именно это проблемы — подумай и расспроси сам, я не стану давать тебе готовый ответ. „Заговорщику“ следует чаще пользоваться собственными мозгами…»
Дочитав до этого места, Люмиан поднял голову и молча уставился на Лугано, отчего тело этого «Врача» мгновенно натянулось, а спина покрылась слоем пота.
«Е… есть ещё какие-то проблемы?» заикаясь, спросил Лугано.
Люмиан слегка откинулся на спинку стула и задумчиво произнёс:
«Устранение осквернения в оккультизме вполне может потянуть на отдельный предмет. Мне нужно знать конкретные подробности, чтобы дать тебе ответ.»
Подчеркнув важность этого, он спросил:
«Ты сталкивался раньше с чем-то подобным? Например, странный плач младенца, оккультные происшествия, связанные с деторождением, еретические искусства, имеющие отношение к матери, и так далее, и тому подобное.»
Лугано не смел медлить, опасаясь, что не устранённое вовремя осквернение сделает его человеком без внутренних органов.
Он тщательнейшим образом перебрал в памяти свой опыт за эти годы и вскоре с некоторой неуверенностью произнёс:
«Есть одна вещь, но я не знаю, считается ли это…»
Было видно, что ему не очень хочется о ней говорить.
«Если ты не расскажешь, откуда мне знать, считается или нет?» Люмиану было всё равно, личные это тайны или нет.
Спустя несколько секунд Лугано прокашлялся и сказал:
«Я ведь рассказывал вам, что стал Потусторонним благодаря тому, что получил наследие друга?»
«Да. Ты убил этого друга?» Люмиан намеренно так спросил.
Лугано поспешно замахал головой: