Доки оказались такими огромными, что под их сводами можно было разместить не один десяток составов. Масштабы работ, не скрою, впечатляли. Тот, кто эти мастерские строил, к делу с явным размахом подходил. Однако, хоть рельсовых путей и имелось в избытке, готовых поездов практически не наблюдалось. Стальные каркасы вагонов, частично покрытые бронёй, кто в большей, кто в меньшей степени, стояли друг от друга на некотором отдалении. Над какими-то из них зависли коромысла мощных мостовых кранов. Другие почему-то были окружены обычными строительными лесами. Но само количество вагонов представлялось таким, что собрать из них можно было, наверное, не меньше десятка небольших составов.

Никого из рабочих ещё не было. Наша компания, ведомая инженером, топала по бетонному полу в гордом одиночестве. И звуки шагов разлетались с эхом по самым дальним закоулкам не проснувшихся пока ещё доков.

Несмотря на гуляющий над головами ветер, сильно пахло машинным маслом и металлической гарью. То ли от сварки, то ли от резки стальных деталей. Наверное, днём тут бывает невероятно шумно. Особенно учитывая, что листы брони крепятся на каркасы путём заклёпывания. Если этим здесь тоже занимаются гоблины, даже не представляю, как эти коротышки справляются с такой тяжёлой работой. Хотя, возможно, имеются у них какие-нибудь механические приспособы. Молоты там пневматические или ещё что. Совершенно я не знаком с этой темой, да и не интересовала она меня особо, ни раньше, ни сейчас.

В отличие от бронепоезда, на который мне Ильин совсем вскоре указал. Состав из спрятанных под броню паровоза, пускавшего в небо лёгкий дымок, и трёх вагонов, сурово ощетинившихся стволами разного калибра, а также четвёртого небронированного вагона, более всего походившего на самый обычный грузовой, стоял в самом дальнем углу доков.

Первый и третий вагоны или, если правильнее сказать, бронеплощадки были пониже да пожиже, имея лишь выпирающие из стен полусферы бойниц для ведения ружейного и пулемётного огня.

Зато центральная бронеплощадка, будучи более внушительного размера, могла похвастаться ещё и двумя поворотными орудийными башнями, гордо возвышавшимися над округло-покатой крышей. Правда ещё больше возносилась над всем составом командирская башенка, расположенная точно посередине этого вагона. Частые щели-бойницы позволяли не только следить за окружающей обстановкой, но и, при желании, вести огонь во все стороны с преобладающей высоты.

Все три вагона, как и паровоз, покрыты были серой невзрачной краской. Лишь местами эту однообразную унылость разбавляли белые двуглавые орлы, явно нанесённые через трафарет и будто бы прибывшие сюда случайно из Российской империи.