— У нас с собой есть кое-что, — я раскрыл сумку, протянутую Валеркой. — Бутеры, яблоки. Яйца вот еще…

Парни, подхватив мой порыв, с энтузиазмом принялись распаковывать домашние заготовки. Ассортимент оказался привычным для девяностых и все же довольно разнообразным — те же стандартные бутеры с недорогой колбасой, сыром, сэндвичи из печенек со сливочным маслом, вареные яйца. Впрочем, нашлось место и деликатесам — бабушка Дюса напекла в дорогу чуть ли не два кило пирожков.

— Держите, — довольно лыбился друг. — Вот эти с капустой, эти с луком и яйцом… А вот с картохой.

Выпечка ушла на ура, и мы на какое-то время замолчали, посылая лучи добра старенькой бабушке Ираиде, которая фактически воспитала Дюса, пока его родители пропадали в экспедициях. Собственно, поэтому он был единственным ребенком, хотя в большинстве семей времен позднего Союза было по двое, а то и по трое.

— А вы, пацаны, правильно поступили, — осклабился Вадян. — Эти, конечно, у себя там, в аулах, как звери ведут, — он неопределенно махнул рукой куда-то вдаль. — Но наказывать-то надо тех, кто виноват, а не кто под руку попался. Я так считаю. А те беспредельщики не по понятиям поступили.

— Да вообще мудачье, — вставил Валерка. — Братуха, как ты только держался, я удивляюсь.

— Да и ты молодец, — я кивнул. — Помнишь наш уговор, не лезешь сам на рожон…

— Да я, вообще-то, все у тебя спросить хотел, кого первого гасить, — обескуражил меня Валерка. — Тебя в бок все пихал и пихал, думал, когда же ты догадаешься…

Я рассмеялся, парни легко присоединились. Потом вернулась Лариса, принесла пару бутылок «Угличской» и «Сникерс».

— Кисуль, тебя только за смертью посылать, — покачал головой Вадян.

— Да там дура какая-то сидит! Сигареты мне продавать не хотела! — возмущенно сообщила блондинка на повышенных тонах, а потом вдруг довольно улыбнулась и хихикнула. — Говорит, что мне восемнадцати еще нет. Пришлось паспорт показать!

— Ну, так ты у меня конфетка, че! — довольно осклабился наш блатной знакомый. — На вот, пацаны нам гостинцев подогнали.

— Спасибо, — кокетливо поблагодарила Лариса, поправляя свою короткую леопардовую юбку. — А это вот тебе, любимый!

— Это че? — удивился Вадян, когда девушка протянула ему «Сникерс». — Ты нафига это купила?

— Ты же просил батончик, — обиженно надула губки Лариса.

После того, как мы опять отсмеялись, Вадян достал складной ножик-бабочку и нарезал забугорную шоколадку на несколько маленьких кусочков, чтобы хватило всем. «Сникерсы» и прочие подобные «Марсы» с «Баунти» стоили тогда бешеных денег, среднестатистический россиянин покупал подобное редко. Я уже и забыть об этом успел в своем благополучном будущем. Зато теперь вкус чувствуется совсем по-другому.