Он уверенно отодвинул в сторону оторопевшего парня, который хотел занять свободное место. Затем помог бабушке взгромоздиться на сиденье, схватил безмолвную собачонку, водрузил растерявшейся хозяйке на руки.
— Спасибо, сынок, — улыбнулась она. — Сейчас уже тимуровцев-то не осталось…
— Ничего, бабуль, мы их отыщем и вернем на место, — то ли пошутил, то ли совершенно серьезно ответил Валерка. — Я для этого в милицию к вам и приехал устраиваться.
— Вот это дело, — оживилась бабулька. — Побольше бы таких, как ты, сынок, глядишь, и порядку было бы больше. Вот, помню, при Сталине…
Пенсионерка принялась рассказывать историю из своей молодости, когда все молодые даже принципиально не садились в транспорте — стыдно было слабость показывать, не принято. А милиционеры были рослые, гладко выбритые и в красивой форме. Не то что сейчас — как крысы в своих серых шкурах или даже вовсе «как фрицы».
Валерка заметно повеселел, а я выдохнул, наконец-то расслабившись. Кажется, с первым ударом городской жизни он справился, уже хорошо.
— Вот это встреча! — автобус подъехал к очередной остановке, принимая новую порцию пассажиров, в числе которых был еще один старый знакомый.
Да что у них тут, медом намазано, что ли? Только вот этого мне совсем не хотелось видеть. И тем более разговаривать.
— Че вылупился? — Ромаха, улыбаясь щербатым ртом, шел в нашу сторону, раздвигая других пассажиров. — Вот мы и встретились!
Наши попутчики отводили взгляды, делая вид, что все происходящее их не касается. Ввяжешься в подобное — себе дороже. Могут и ножичком пырнуть.
— Пойдем выйдем? — предложил он.
— Можно, — спокойно ответил я. — А то я думал, что ты дальше поедешь. Остановка-то наша.
Ромаха смутился, но ненадолго. Кажется, он уже окончательно пришел в себя после ДК и горел желанием поквитаться.
— Вадюх, это кто? — нахмурился Валерка. — Ты его знаешь? Друган твой? А то смотри, мы ему быстро щас…
— Спокойно, брат, — я чуть поднял руку в остерегающем жесте. — Да, мы знакомы, все в порядке.
Автобус подъехал к нашей остановке, зашипели двери. Мы вышли, причем Валерка замешкался, пробираясь через толпу к своим сумкам. Салон вместе с нами покинули еще несколько человек, которые тут же двинулись прочь ускоренным шагом, отчетливо понимая, что пахнет жареным. А те, кто ждал, поскорее погрузились в автобус.
— А ты еще кто такой? — Ромаха посмотрел на Валерку, ища, до чего бы докопаться. — Кто ты по жизни?
— Человек я, — брат догадался, что дело дрянь, но пока не предпринимал никаких действий. Помнил наш уговор. Хотя вряд ли это надолго.