Правда, Млада этот момент заметила, пришлось срочно изображать деревенскую дурочку, приседать в нелепом поклоне и пищать тонким голоском. Кажется, я переигрываю. Эльф теперь на меня странно смотрит.
А потом они сидели, мило так ворковали. Моя Млада и этот ушастый хмырь! Десертики там, чаёчек… и так он ей в глаза заглядывает, пальчики целует. Я едва сдержался, чтобы кипяточку не подлить — ему за шиворот! Не, ну а что — я же неуклюжая официантка!
Но самое противное — это то, как Млада на меня смотрела. Словно я пугало огородное! Видите ли, причёска не та!
Хотя, признаю — тут перебор. Хотел компенсировать то, что вчера был уж слишком прилизанным, ну, чтоб не думала она, что я фифа какая… а получилось… да, я и сам вижу. На самом деле с причёской — это тихий ужас.
Всё, никаких больше экспериментов. Буду ориентироваться на мелкую пигалицу. Эту, как её… Кэт! Вот, буду всё делать и одеваться, как она. Или как Млада.
Младочка моя, какая же ты красавица! Даже в этой простой одежде, а не в прежних роскошных платьях…
Ну а потом…
О Боги, как я выдержал эту блаженную пытку!
— Элли, я пока дам тебе свою юбку, прости, но новой у меня нет. А потом мы сходим и купим тебе одежду.
(Я согласен и на твою, радость моя, только будь рядом!)
— Вот, надевай… Погоди, что ты делаешь?.. Ты никогда не носила такую одежду? Ах да, я забыла, ты же с севера, там в основном платья. Вот, смотри как надо…
Млада заправила мою сорочку в подъюбник, аккуратно расправив складки на груди и на талии, отчего я почувствовал побежавший по спине и животу табун мурашек. Она стояла так близко, прикасалась ко мне… А затем повязала мне на талию широкую складчатую мягкую юбку цвета кофе. Юбка была распашной и завязывалась спереди.
Мы стояли совсем рядом, и мне было так непривычно смотреть на неё с высоты этого роста. Раньше мне приходилось наклоняться к ней, ведь я намного выше, а сейчас её глаза, губы были совсем рядом, и я улавливал её дыхание.
И как же мне хотелось прикоснуться к этим губам, услышать её стон, услышать своё имя, сорвавшееся с этих губ…
Мысленно надавал себе оплеух!
Потом она достала с полки бежевый передник и вновь приблизилась, чтобы повязать его на мою талию.
Каждое её движение было мягким, аккуратным, обнимающим. И мне стоило огромных усилий стоять, опустив руки, и не обнять её.
Млада отошла на пару шагов, чтобы оценить, как я выгляжу, затем слегка улыбнулась, и, достав корсет, надела его на меня и принялась шнуровать.
Вот тут удовольствие от процесса стало испаряться. С каждым движением мои рёбра сжимались всё сильнее, и мне показалось, что я начинаю задыхаться.