Какао-сопровождение (для полной гармонии):
Молоко: большая чашка. Какао: 1 большая ложка с горкой. Сахар: 1 большая ложка (по вкусу). Дух ванильного цветка: половина маленькой ложечки. Маленькие воздушные зефирки: горсть.
Прогрей молоко, не доводя до кипения. Разведи какао с сахаром в ложке горячего молока, влей в чашку, добавь ваниль. Разлей по чашкам, сверху брось зефирки — пусть они тают, как маленькие облака.
Утро встретило меня оглушительным, требовательным «Иии-хохо!», от которого стёкла в моих любимых арочных окнах жалобно зазвенели.
Потом было «Ммм-ыыы-ммм!», «Аб-ффффффурррр!», «Ииии-гммммгм!» И снова «Ииии-ххохооооо!».
Я спросонья решила, что смотрю какой-то странный чудаковатый сон, но чуть позже осознала, что это крики со двора, и подскочила на кровати, едва не запутавшись в пододеяльнике.
Пух и Пёрышко, до этого мирно сопевшие у меня в ногах, взлетели живыми пушистыми снарядами. Совёнок в панике захлопал крыльями, выдавая своё фирменное «Пух! Пух!», а котёнок, выгнув спину дугой, грозно зашипел на дверь, но, поняв, что к комнате нет никого опасного, решил потянуться прямо из этого положения — не зря же принял стойку.
— Ну всё, всё, сони, подъём, — пробормотала я, нащупывая ногами домашние туфли. — Кажется, наша царственная особа изволит требовать завтрак.
Спустившись во дворик, я застала там Кита. Вчера я сама кормила нашу лошадку зерном.
Сегодня же, мальчишка, облачённый в новые светло-коричневые брюки с щегольскими подтяжками (которые я вчера так удачно ему купила), с заспанным, но невероятно суровым видом пытался подсунуть Розочке охапку свежего сена, купленного на Сенном рынке.
Парнишка так забавно уговаривал кобылу хотя бы попробовать немного и едва ли не сам показывал своим примером, как надо.
Но наша персиковая единорожка была непреклонна. Она яростно раздувала ноздри, мотала длинной гривой и копытом взрывала размокшую солому, наотрез отказываясь даже смотреть в сторону угощения. Стоило Киту подойти совсем близко, как Розочка сделала резкий выпад головой, едва не упершись в него рогом.
— Да чтоб тебя мыши защекотали, розовая ты скотина! — в сердцах рявкнул Кит, пятясь к стене и вытирая пот со лба. — Млада, гляди на неё! Сено — чистый мёд, сам бы его ел! Покос раннелетний, клевером пахнет за версту! А она морду воротит и икает… И для кого вот я подбирал, старался…
Я подошла ближе, чувствуя, как внутри просыпается мой эмпатический радар. Осторожно протянула руку, коснувшись шелковистого, тёплого бока Розочки. Единорожка сначала вздрогнула, но тут же затихла, ткнулась лбом в мою ладонь, и в мою голову хлынул поток чужих, совершенно немыслимых образов.