Жека медленно шел по центру зала, его ботинки с хрустом дробили стекло. Фиолетовое свечение, пульсирующее под его кожей, выхватывало из тьмы картины застывшего ада.

Слева, привалившись к основанию поваленной мраморной колонны, сидел огромный оборотень. В свете Жеки было видно, что его трансформация замерла на полпути — его тело выглядело уродливым гибридом человека и волка, кожа была натянута до предела, а шерсть выпадала клочьями. Зверь больше не рычал. Он мелко дрожал, издав тихий, скулящий звук, и прятал морду в лапах, не в силах вынести жар, исходящий от Изолятора.

Чуть дальше, на стойке регистрации, изрешеченной пулями, лежали двое вампиров. Они не были мертвы, но выглядели как восковые куклы, лишенные жизни. Без подпитки от Реактора их тела начали стремительно стареть, кожа посерела и пошла морщинами. Они смотрели на проходящего мимо Жеку затуманенными глазами, в которых не осталось ничего, кроме бесконечной, мучительной жажды.

— Смотри на них, — прошептала Лилит, идя по правую руку от Жеки. Она невольно пригнулась, словно ожидая нападения из теней. — Они сломлены. Ты выдернул ковер у них из-под ног в самый разгар пира.

— Они получили то, за чем пришли, — глухо ответил Жека. Его голос в пустом лобби звучал как рокот приближающегося обвала. — Свободу от Корда. Только они не знали, что эта свобода пахнет пеплом.

Он остановился в самом центре зала, там, где на полу был выложен гигантский золотой логотип Корпорации — стилизованная бесконечность. Сейчас она была залита кровью и засыпана мусором.

Жека поднял голову. Впереди, у самого выхода на площадь, в окружении своих верных теней, стоял Граф Валериан.

Старый вампир опирался на свою трость так тяжело, словно она была его единственной связью с землей. Его безупречный черный фрак был порван на плече, а на бледном лице застыла маска ледяной ярости, смешанной с недоумением. Вокруг него кружили остатки его свиты — те немногие, кто еще мог стоять на ногах, но и они выглядели как призраки, едва удерживающиеся в этой реальности.

Дождь хлестал Валериана по лицу, смывая брызги крови с его скул. Граф смотрел на Жеку, и в его красных глазах отражалось фиолетовое сияние, исходящее от Изолятора.

— Ты пришел, — голос Валериана был сухим, как шелест опавшей листвы. Он не кричал. Он просто констатировал факт, но в этом шепоте было больше угрозы, чем в реве оборотня.

Жека не ответил. Он перехватил Алису поудобнее, чувствуя, как тепло её тела помогает ему сдерживать бушующий внутри пожар. Он стоял посреди этого замерзшего ада — живой реактор, единственный источник силы в мире, который он сам только что обесточил.