— Давай же… — шипела она, и по её бледному, перемазанному сажей лицу катился пот, оставляя грязные дорожки. — Открывайся, кусок корпоративного дерьма! Я строила твои контуры, я знаю, где у тебя слепое пятно!

Жека стоял у неё за спиной, сжимая в руке тяжелый разводной ключ. Он смотрел на её трясущиеся плечи и понимал, какую цену она сейчас платит. Каждый импульс, который она посылала в систему, отдавался судорогой в её собственном теле. Она выгорала изнутри ради человека, которого знала всего несколько дней, и ради девочки, которую не видела никогда в жизни.

Внезапно внутри шахты раздался утробный, низкий гул. Магнитные замки, удерживающие кабину на нижних технических уровнях, с лязгом отщелкнулись.

Лилит издала сдавленный вскрик и резко отдернула руки от панели. Её ладони дымились, черная кровь капала с обожженных пальцев на мраморный пол.

Створки лифта плавно, словно нехотя, разъехались в стороны.

Жека подхватил оседающую Лилит под мышки, рывком поднял её на ноги и затащил внутрь кабины. Как только они пересекли порог, двери сомкнулись за их спинами, отрезая их от коридора с красными аварийными лампами.

Кабина скоростного лифта представляла собой капсулу из сверхпрочного смарт-стекла, прикрепленную к внешней стороне Башни «Этернити». Как только лифт тронулся, унося их вверх с тошнотворной скоростью, стекло стало прозрачным, открывая панораму вечернего Петербурга.

Жека прислонил обессиленную Лилит к стеклянной стене и опустился рядом с ней на одно колено.

— Ты как? — хрипло спросил он, доставая из кармана куртки Корда чистый бинт и начиная торопливо, но осторожно перематывать её дымящиеся, изуродованные ожогами ладони.

— Бывало и лучше, — Лилит попыталась усмехнуться, но её губы лишь болезненно дрогнули. Она привалилась затылком к стеклу и закрыла глаза. — Я пустила кабину в обход всех сканеров. Мы едем на восемьдесят восьмой, Жека. Прямиком в ад.

Лифт набирал высоту. Жека закончил перевязку, тяжело поднялся и подошел к панорамному окну.

Внешний мир, скрытый от них толщей бронированного смарт-стекла, сошел с ума. Дождь хлестал по кабине, разбиваясь о невидимый барьер кинетических щитов Башни. Но даже сквозь эту завесу Жека видел масштаб катастрофы, которую они запустили.

Далеко внизу, у самого подножия Башни, площадь превратилась в бурлящий котел. Вспышки плазменных винтовок «чистильщиков» Корда тонули в густом, черном мареве магии Клана Ночи. Крошечные силуэты переворачивающихся броневиков, пожары, пожирающие идеальные газоны стилобата, и гигантские тени оборотней, рвущих стальные заграждения — всё это выглядело как ожившая картина Страшного суда.