Локус лежал на своей кровати, и мало чем напоминал встреченного утром парня. Он похудел еще сильнее, кожа стала пергаментной, просвечивая вены, а глаза начала заволакивать тьма.
– Господин… – прохрипел Локус, попытавшись встать, но сил у него не было.
Некромантия – не только одна из сильнейших магий, но и самая безжалостная. Она может превратить живого человека в живого мертвеца и, если не успеть вовремя, процесс необратим.
Локусу, надо сказать повезло. Насколько может повезти человеку в его положении.
– Лежи, – бросил я, окинув парня взглядом.
Защитный артефакт в виде кулона болтался на шее и признаков магической активности не подавал. Я нахмурился, но разбираться с этим сейчас было некогда – стоило попытаться создать безмагическую зону вокруг парня. Это как если бы ты пытался удержать осыпающийся песок руками. Не очень эффективно, но хотя бы что-то…
– Если выживешь – высеку, – процедил зло я, всматриваясь в глаза Локуса.
По мелькнувшему ужасу можно было понять, что сознание еще борется за жизнь, но вместо ответа изо рта парня раздалось лишь мычание.
И вдруг магия в комнате схлопнулась. Я почувствовал это, как если бы из воздуха вокруг отжали всю воду – захотелось открыть окно и жадно подышать. Отец влетел в помещение, делая на ходу пассы руками.
Глаза полыхали зеленым, черты лица заострились, сквозь тонкую ткань рубашки просвечивалась магическая печать. Откатывать некромантию назад в тысячи раз сложнее, чем создавать. А отцу в силу его истекающего времени было в тысячи тысяч раз сложнее.
Посторонний человек это еще не мог заметить, но я – не посторонний, и я понимал, что происходит.
С кровати раздался протяжный вздох, и я перевел взгляд на Локуса. Он на глазах возвращал массу, розовел, начинал дышать глубже…
Везучий парнишка.
– Все, – выдохнул отец, опуская руки и сжимая пальцы в кулаки, чтобы скрыть дрожь. – Вывезите его из замка в деревню.
– Когда? – пискнул кто-то из толпы прислуги.
– Сейчас же! – рявкнул глава рода и, кинув на меня выразительный взгляд, покинул людской этаж.
Мне пришлось немного задержаться, чтобы проконтролировать процесс. Смертельно бледный управляющий, в чьи обязанности также входило пристально следить за состоянием персонала суетился, заикался, спотыкался и наводил больше суеты, чем приносил пользы.
Наконец, телега, куда положили крепко спящего Локуса, выкатилась за ворота замка. Тихонько всхлипывающая девчонка уехала с ним, а я подошел к управляющему.
– Сохранишь выплаты и Локусу и его девчонке на все время отсутствия, – сухо произнес я.
– Д-да, господин… – промямлил мужчина в ответ.