— И какой же? — чуть успокоился я.

— Магия. Усиление Воли. Защита Духа, — коротко пояснил он. — Хочу узнать, владеете ли чем-либо из вышеперечисленного.

— И для чего это вам?

— Чтобы выяснить ваши возможности и дать рекомендации для комиссии, в какие войска вас лучше отправить.

— А прямо спросить не судьба? — недовольно проворчал я, но всё же ответил: — Визор я. И Кинетик немного.

Посчитал, что лишним не будет. Всего говорить не стал, раскрыл всего две способности. А про Мишенькину магию и вовсе смолчал. Смысл болтать о том, чего пока нет?

Хотя, всё же, обидно. Думаю, даже сейчас я мог бы скастовать парочку простейших боевых заклинаний. С помощью Мишеньки, безусловно, но всё таки. Насчёт Духа и Воли, он тоже заикался в самом начале знакомства. Надо бы об этом разузнать поподробнее, осталось только выяснить, у кого.

Тем временем военприёмщик запечатлел свой вердикт в формуляре и отдал его мне. Я, кстати, не сразу заметил, так задумался. Вышел, не попрощавшись, и только за дверью посмотрел, что он там написал.

« М. В. Д. не владеет. Рекомендовано использовать как наблюдателя сторожевой вышки или оператора тяжёлой кинетической установки».

Ёкарный бабай, вот и поговорили. Глухой со слепым.

Разбираться и скандалить не стал. Сам дурак. Здесь, похоже, такие слова не ассоциируются с магией. Надо было не бычку включать, а объяснить человеку. Ну чего уж теперь. Пусть будет оператор тяжёлой кинетической установки, что бы это ни значило.

Впрочем, расстраивался я недолго. Главное — предварительный этап пройден. А это как минимум треть пути. Мне основное — в действующие войска попасть, а там уж я себя покажу. На деле, не на бумажке.

Окрылённый первым успехом, я вернулся к пятому кабинету.

До намеченной цели осталось два шага.

Я уже протянул руку к двери, как за спиной, громом среди ясного неба, раздался грохот сапог. Вдоль коридора, по-хозяйски оглядываясь, шёл генерал. Холёный, в мундире с иголочки, моложавый… Я бы даже сказал: молодой. Слишком молодой для генеральского звания. Его сопровождали два крепеньких адъютанта.

«Принесла же нелёгкая», — мелькнула в голове мысль, заставив меня недовольно скривиться.

Старая армейская привычка — подальше от начальства, поближе к кухне — сработала на уровне безусловных рефлексов. Я отшагнул к стеночке, стараясь слиться с прочими призывниками, но не совсем получилось. Генерал остановился рядом, явно выделив меня из толпы.

— Тоже хочешь служить, сынок? Похвально, похвально, — произнёс он отеческим тоном. — Кто таков?

«Сынок…Какой я тебе сынок?», — фыркнул я про себя, но, прежде чем нашёлся с ответом, один из адъютантов выдернул у меня из рук документы и почтительно передал генералу. Тот пробежал глазами по формуляру.