— Я так понимаю, ты осознал свою ошибку? — продолжил Крот.
— Осознал, — мрачно прогундосил уличенный.
— И ты готов загладить свою вину?
— Готов.
— Тогда иди и убей мятежников!
Остап вздрогнул и кивнул. На всякий случай он решил ничему не противоречить.
— Грива! Шрам! — крикнул пахан.
Зеркало на стене плавно отъехало, открыв темный проход. Оттуда вышли два шкафоподобных урки. Один — длинноволосый, с бородой чуть не до колен. Второй — с выбритым на макушке ирокезом и уродливым серпообразным рубцом на пол-лица. Кто из них кто, не представляло трудности догадаться. У каждого в руках было по пистолету.
— Это мои самые преданные люди, — пояснил Крот. — И я хочу, чтобы вы втроем уничтожили мятежников! Устройте им кровавую баню! Пускай все увидят, что случается с теми, кто идет супротив батьки.
— Надо было Фунта уже давно повесить, — сухо заметил Шрам. — Слухи недобрые о нем давно ходят. Да еще эта перестрелка…
— Э, нет! — главный алькатрасовец назидательно поднял указательный палец. — Карать нужно с умом. Заговорщика мало убить, его нужно подлейшим образом унизить. Чтобы он не стал примером для подражания будущим бунтарям. А что может быть позорней поражения в сражении?
— Эк ты завернул, пахан, — пробасил Шрам.
— Хорош базарить! Исполняйте приказ! — скомандовал Крот.
— А как же ты? — спросил Грива.
— Ты предлагаешь, чтобы я, слепой калека, пошел с вами?
— Нет, я не о том. Как же мы оставим тебя одного, без охраны?
— За меня не беспокойтесь, я смогу за себя постоять, — Крот вытянул вперед правую руку, и из рукава на ладонь выскользнул маленький, похожий на игрушку пистолет.
— И все же, пахан…
— Я сказал, идите и уничтожьте мятежников!
Он нажал на спусковой крючок и пульнул себе под ноги. Выстрел предназначался пробегавшей мимо крысе. Пуля была разрывная, так что от грызуна осталось только кровавое месиво.
— Совсем оборзели, твари, — проворчал Крот. — Никакая отрава их не берет.
Заверещал мобильник. Обладатель достал его из кармана, отключил сигнал и прокряхтел:
— Меня ждут мои таблетки, а вас — ратные подвиги. Идите, и без победы не возвращайтесь.
Луцык поднялся с земли и отряхнул грязь с колен. Потряс головой, стремясь избавиться от звездочек, которые плясали перед глазами, и вернуться в действительность. Кругом по-прежнему простиралась широкая степь, покрытая сухой выжженной травой. Солнце припекало, а в синем небе порхали пташки.
В голове на быстрой перемотке пронеслись воспоминания. Погоня, крик Банши… Ослик, оглушенный воплем Джей, падает, повозка переворачивается.
Луцык насторожился. А где же ящер? Никаких признаков его присутствия не наблюдалось. Хищный преследователь испарился, словно его и не было.