— Ну, — она подняла бокал. — За день.
— За день. — Я поднял свой бокал — красное, сухое, грузинское.
Мы чокнулись.
— Лёш, — Вера отложила ложку. — А Марина зачем приходила? Нина сказала, она была утром.
Я рассказал. Про ресторан на Большой Никитской два года назад, про «нашего партнёра», про то, что Марина узнает его и готова подтвердить это в суде.
Вера слушала молча. Когда я закончил, она помолчала ещё. Потом:
— Лёш, я кое-что не рассказала.
— Что?
— Кравченко звонил мне вчера. Я тебе говорила.
— Говорила.
— Но я не рассказала — что он сказал после того, как бросил трубку.
— Что?
— Он перезвонил. Через минуту. И сказал: «Верочка, ты не понимаешь. Этот человек — не тот, за кого себя выдаёт. Когда ты это поймёшь — будет поздно».
Я смотрел на неё.
— «Не тот, за кого себя выдаёт»? — переспросил я.
— Да. Дословно.
— Вера, — я заговорил. — Что он имел в виду?
— Не знаю. Я думала всю ночь. И не поняла.
— Может, он имел в виду, что я — юрист покрупнее, чем кажусь?
— Может. Ты же и правда — покрупнее.
«Покрупнее». Вот именно. Я — Громов. В теле Смирнова. И если кто-то это подозревает…
Я не стал додумывать. Допил вино. Вера — допила своё.
В середине ужина — когда мы уже заказали второй бокал и какое-то грузинское пирожное — дверь ресторана открылась. Я не обратил внимания — люди входили и выходили весь вечер. Но Вера — обратила.
— Лёш, — она тронула мою руку под столом. — Не оборачивайся.
— Что?
— Не оборачивайся. Только что вошла Карина Агамян.
Я не стал оборачиваться. Но боковым зрением, через отражение в окне, я её увидел. С ней был мужчина — под пятьдесят, седой ёжик, очки в тонкой оправе. Карина и мужчина сели за столик, через два от нашего.
— «Финансовый консультант», — прошептала Вера.
— Что?
— Этот мужчина. Я его знаю. Он работает в одной из… структур. Не буду называть вслух. Но — он консультант. По финансовым вопросам.
«По финансовым вопросам». Как Лебедев. Как «С. А.».
— Ты думаешь, это — «А.»?
— Не знаю. Но Карина не пришла бы сюда случайно. Она пришла, чтобы нас видели.
Карина и её спутник ужинали. Мы — тоже. Я делал вид, что не замечаю, но чувствовал — она смотрит. Иногда — прямо, иногда — через отражение в окне.
Через полчаса Карина встала. Она прошла мимо нашего столика — медленно, не торопясь. Остановилась.
— Алексей, — она посмотрела на меня. — Какая встреча.
— Карина, — я кивнул. — Добрый вечер.
— Добрый. — Она перевела взгляд на Веру. — И Верочка здесь. Какая… пара.
Вера молчала.
— Знаете, — Карина заговорила тише, — упрямство — это не всегда доблесть. Иногда это — просто упрямство.
Я молчал. Она постояла ещё секунду. Потом улыбнулась и пошла к выходу. Мужчина — за ней.