спросила: – Что я должна сделать? – Быстро идите за мной! Эжени послушно вскочила, а служанка тут же накинула ей на плечи плащ и подала войлочные туфли. Практически волоча девушку за руку, генерал ворвался вместе с ней в замковую часовню. Это было тихое пустое помещение – все ценности были убраны в полковой сундук, так что в каменной комнате оставались только витражи в трех круглых окнах, простой покров на алтаре да несколько свечных огарков в массивном каменном подсвечнике. Вейж отчаянно ругал себя за страх и непредусмотрительность, но сейчас нужно было действовать. Он глянул на свечи – жаль, не было времени зажечь их! Вынул меч и положил его на алтарь: – Леди Эжени, я прошу вас стать моей женой! – громко сказал он. – Да будут нам свидетелями солнечный свет, боевой меч и наша кровь! Девушка растерялась. Она не думала о браке. Ее рана заживала медленно, и она осторожно строила планы на будущее, собираясь отыскать дальних родственников Борхов или Лайессов и уехать из замка, как только позволит самочувствие. Несколько писем, аккуратно отправленных через сельских старост, несколько ответов, полученных так же осторожно. Генерал Вейж, конечно, приятный мужчина. Он позволил ей выжить, не отдал своим людям и сам не тянул в постель, но разве может пленница рассчитывать на что-то серьезное? Эжени считала, что здесь она больше не нужна – посев почти закончен, генерал отлично справляется с замковым хозяйством, и ей лучше уехать. Пусть жизнь компаньонки или гувернантки не так привлекательна, как фактически приемной дочери, но других вариантов леди Борх-Лайесс не видела. И вдруг такое предложение! Брак на мече… Старинная традиция, созданная военными. Не всегда в захваченных селениях были священники, а заключение брака порой спасало жизни, вот и придумали такой вариант клятвы – при солнце или огне, на мече и крови… – Леди! – поторопил генерал, и Эжени внимательно посмотрела на мужчину, словно впервые его увидела. Острый, какой-то измученный взгляд, решительный подбородок, темные волосы, слегка отросшие, но еще не потерявшие форму. Почему она никогда не смотрела на него как на мужчину? Сначала он был захватчиком. Кем-то неведомым, там, за стенами замка. Эжени питала свою ненависть болью и горем, вспоминая ушедших Лайессов, но даже не представляла, что генерал Вейж – это молодой рослый мужчина с жестким лицом и удивительно внимательными глазами. Потом, когда она лежала в горячке, ей понравились его прохладные руки. Жесткие, но бережные и заботливые. История с селянами заставила