Борх-Лайесс известен всем, кроме нее? Она считает такой подарок данью традиции, а девицы тут же повязывают ленты на пояс, ревниво поглядывая друг на друга. Одна вот, одетая чуть иначе, аж светится от удовольствия. Вейж тихонько кивнул на девку и взглядом спросил жену старосты. Та оказалась понятливой: – Агатка это, из соседней деревушки. Пришла к нам семян спросить, да вот удача, леди повстречала! Теперь им точно свой дом построят! – Дом? – нейтрально уточнил генерал, глядя на то, как леди Эжени благословляет младенцев, ласково поглаживая маленькие головки в разноцветных чепчиках. – Так коли леди благословила, первенца недолго ждать, а коли девка крепкая, то в одной избе со стариками не уживутся – каждый год по ребенку будет приносить, а то и по два! Вейж покивал. Пока Эжени общалась с селянами, он не выпускал ее из вида, потому сразу заметил, что с ее лица совсем сбежала краска, а речь стала замедленной. Слова давались девушке с усилием, но она все равно повторяла затверженные пожелания благополучия и здоровья. – Разойдись! – генерал голосом разогнал обнаглевших баб, лезущих к леди уже с ягнятами и телятами. Подхватил белую, как молоко, Эжени, отвел в карету, усадил. Пока возился, подбежала жена старосты – принесла молока с медом: – Вот, милорд, леди поможет. Она, как крохой совсем была, до дна себя вычерпывала, так леди Лавиния ее отпаивала. – Вы чем думали? – рыкнул недовольно Вейж. – Леди ранена! – Так, почитай, два месяца госпожа не приезжала, – потупилась женщина. Генерал забрал кружку и махнул рукой: – Ступай! Мы в замок! Разберусь! Жена старосты отошла, и Вейж принялся поить Эжени из собственных рук. Жалостливая девица довела себя до того, что не могла удержать кружку – так тряслись руки. Генерал чертыхался себе под нос – понятно, что такое сокровище всем нужно, но ведь и головой надо думать! Вычерпает себя за раз, а дальше что? – Вы ворчите, совсем как лорд Лайесс, – внезапно сказала девушка, отрывая порозовевшие губы от края посудины. – Он тоже бранил матушку, если мы задерживались, и я плохо выглядела. Она тогда и придумала поить меня молоком с медом, а еще брала с собой мои любимые рогалики с яблоками, – девушка снова отпила молока и улыбнулась каким-то воспоминаниям. Вейж же подумал о том, что леди Лавиния Лайесс была очень практичной особой. И, пожалуй, если бы не стычка между королями, Эжени жила бы в замке Лайесс до самой смерти. Через годик-другой ее выдали бы замуж за одного из младших Лайессов – того, которого готовили на роль управляющего