Пила визжала, зубья скрежетали по дереву. Опилки сыпались мелкой струей. Семен работал споро, привычно, держал ровный темп. Федор старался не отставать, тянул пилу в такт.

Я рубил доски, складывал обломки. Работа простая, но тяжелая. Жара невыносимая, пот тек ручьями. Рубашка промокла насквозь за десять минут.

Рабочие сначала косились на меня, удивлялись. Потом привыкли, работали рядом. Степан командовал, показывал, куда что складывать.

Братья Медведевы раскачивали стену ломами. Бревна скрипели, качались. Наконец один конец стены рухнул с грохотом. Поднялось облако пыли.

— Убирайте! — крикнул Степан. — Растаскивайте бревна!

Мужики набросились на обломки. Таскали бревна, складывали в груду. Работа кипела.

Я отложил топор, подошел к упавшей стене. Взялся за бревно вместе с Василием Коротким, невысоким крепким мужиком. Бревно тяжелое, сажени три длиной, почерневшее от времени.

— Давай, поднимай! — сказал Василий.

Мы подняли бревно, понесли к груде. Шагов двадцать. Бревно врезалось в плечо, давило. Донесли, бросили на кучу.

Василий вытер пот, посмотрел на меня с уважением:

— Сильный вы, Александр Дмитриевич. Не каждый господин такое потянет.

— Привык. В армии служил, на войне. Там не до барства.

Мы вернулись за следующим бревном.

Работали до полудня без остановки. Жара усиливалась. Пот лился ручьями, одежда вся промокла. Но работа спорилась. Вторая стена тоже рухнула. Бревна растащили. Мусор собрали в кучу, подожгли. Костер запылал, дым поднялся столбом.

Ноздрев принес воду в деревянной бадье, ковш жестяной. Рабочие столпились, пили жадно. Я тоже зачерпнул ковш, выпил залпом. Вода ледяная, вкусная, из колодца.

— Отдохните, — сказал я. — Полчаса. Потом продолжим.

Рабочие расселись в тени у кустов. Кто-то лег на траву, закрыл лицо картузом. Кто-то курил трубку.

Я сел рядом с Семеном. Тот вытирал пот рукавом, дышал тяжело.

— Устал? — спросил я.

— Немного. Жара проклятая. Но ничего, справляемся.

Подошел Степан, присел на корточки рядом:

— Александр Дмитриевич, вы хорошо работаете. Не ожидал от барина, не обессудьте за прямоту.

— Говорил же, я инженер. Привык руками работать.

— Вижу. — Степан помолчал, потом спросил: — А мужики как вам? Работают как надо?

— Хорошие. Споро работают, не ленятся. Ты их правильно гонишь.

Степан довольно кивнул.

Отдохнули полчаса. Потом снова принялись за работу. Разбирали остатки крыши, стропила, обломки жерновов внутри мельницы.

К вечеру старая мельница полностью исчезла. Остался только фундамент каменный, почерневший, поросший мхом. Место расчищено. Груды бревен, досок аккуратно сложены. Мусор сожжен.