«Паршивцы» дергались, увеличивая свои мучения, поскольку уши их находились в крепких руках Джонса и жалобно хныкали. Но негромко, опасались привлечь к себе лишнее внимание. Мунументум студиорум — вроде гранит обучения на латыни. Или оплот? Плохонько, но несколько слов и поговорок Эйв на языке знал.

— Что, если эти карты увидела бы наша драгоценная леди Глэдис? — возмущенно поинтересовался Джонс, награждая схваченных ласковыми пинками.

— Что я там бы увидела?

Замечательно, вот и наша принцесса, легка на помине. У неё нюх там что ли на школяров провинившихся? Откуда она так внезапно появляется всегда.

— Вот шулера-разбойники, осмелюсь доложить, миледи Глэдис Беллингем. — вытянулся Джонс, завидев моего ангела. — Собрались компанией, изучали бесовское искусство карт в невообразимо оскорбительной форме! Третий сиганул с трибуны прямо на ограду, мы уж обрадовались, что разобьется, но тот утек демоническим образом, даже лица разглядеть не успели.

— Да перестань, Алистер. — отмахнулась Глэдис. — Ну перекинулись они в карты на перемене, невелика потеря для гимназии. Мой отец каждую субботу в клубе до двух ночи за ними сидит. Мне его тоже начать ругать и веткой хлестать?

— Невместно такое сравнивать. — горестно сказал Джонс.

— Да, миледи, вы бы только видели их карты! — возмущенно вторил ему Левенталь.

Вот глупец. Она и возжелала глянуть на них, несмотря на все их протесты. Только кинув взгляд, моментально залилась красным цветом.

— Какая гадость непотребная! — вслух выразилась она. — Чьи это карты⁈

Винст промолчал, грустно и печально вращаясь с ухом в руке Джонса, а вот другой школяр нет.

— Эйвера Дашера. — пролепетал трусливо Гейб.

Я так удивился, что у меня отказали ноги. Бороздя своим прекрасным носом все извилистые и толстые листья кустарника белоцветковой кариссы, свалился прямо к ногам собравшейся компании.

— Вы, — сказала мне опешившая Глэдис, избегая взгляда в глаза, — вы ужасно развратный и испорченный мальчишка, мистер Дашер!

И пулей метнулась с места событий. Мне чего, этих стариканов теперь в одиночку раскидывать? Так я же не смогу, я с пенсионерами одной крови.

Левенталь кстати сразу попытался меня схватить за плечо, но я ушел назад изящным движением корпуса.

— Клянусь именем Господа нашего! — скороговоркой зачитал, подняв руку вверх. — Я даже ни разу эти карты в глаза не видел! Меня оговорили.

— Постой, сержант, — вдруг обратился к Левенталю Джонс, — пацан за слова отвечает. Недавно проверил. Дед у него отставник из «брезентовых»*, со старым лордом моря бороздил.

— С чего ты взял, что это карты Дашера? — жестко встряхнул Левенталь своими клещами за плечо Гейба.