— Яна, девочка моя, слушай меня внимательно! — встревоженно заговорил Эйнар, но голос его тонул, будто пробиваясь сквозь толстую каменную стену, а уши словно заложило ватой. — Дай знак, что слышишь! — он легонько встряхнул меня за плечи.
Из последних сил я вцепилась пальцами в грубую ткань его рубашки.
— Умница, — выдохнул он с облегчением. — Сейчас я волью в тебя свою силу. Открой канал, слышишь? Не дай своей магии оттолкнуть меня. Сосредоточься, милая! — рявкнул мой жених, заметив, как мои веки снова начали закрываться.
Его губы властно, жарко накрыли мои — сухие, искусанные в кровь. Что он творит?! Жарко… невыносимо жарко! Я слабо дёрнулась, пытаясь вырваться, но Эйнар держал стальной хваткой, не позволяя отвернуться. И тут сквозь огонь хлынула волна спасительной, обжигающей прохлады — такой ледяной и чистой, что на фоне моего лихорадочного жара она сперва показалась новым пламенем.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я нащупала внутренним зрением серебристый огонёк, который назойливо пробивался через мой голубой щит. С некоторым усилием удалось разорвать границу и позволить чужеродной магии проникнуть внутрь. Почти мгновенно дышать стало совсем легко, и я смогла почувствовать собственное тело. Звуки тоже пришли в норму. Я легонько хлопнула Эйнара по плечу, давая понять, что больше не нуждаюсь в его помощи.
Он понял и осторожно отстранился. Открыв глаза, сделала рваный вдох, впуская в легкие свежий воздух.
— Лучше? — с тревогой спросил Эйнар. Он выглядел таким измученным и бледным, что у меня сердце сжалось.
— Намного, — кивнула я, успокаивающе проведя ладонью по его колючей щеке. — Помоги встать.
Эйнар поднялся и бережно поднял меня с толстого пледа. Вокруг был уже знакомый лес.
— Мы дома? — уточнила я, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться в своей догадке.
— Почти, — понимающе усмехнулся мужчина. — Латанки вон за тем ельником, — кивнул он в сторону высоких сосен. — Прислушайся — даже слышно, как наши горланят.
— Долго я в отключке провалялась?
— Несколько часов. Ты ещё не до конца сроднилась с моей магией, а по природе наши дары друг другу чужие. Вот тело и взбунтовалось, — коротко пояснил он.
— Из-за… Гоэра? — догадалась я, припомнив мудрёное имя призрачного коня.
Эйнар мрачно кивнул:
— Да, Яна. Но другого выхода не оставалось — нас обложили со всех сторон.
Лицо его сделалось таким виноватым и измученным, что мне тут же захотелось его утешить.
— Эй, — тихо позвала я, заглядывая ему в глаза. — Всё ведь хорошо! Ты всё сделал правильно. Не смей себя корить.
— Я едва не потерял тебя, — глухо выдохнул он куда-то мне в макушку.