Тишина.
Только гул голосов студентов, обсуждающих свои работы. Только скрип мела по доске.
Я стояла в нише, все так же прижавшись спиной к стене, и не могла пошевелиться. Мне казалось, что прошла целая вечность, прежде чем я смогла сделать первый вдох онемевшими губами.
Там, где были его пальцы, остался след, который я чувствовала даже после того, как он убрал руку. Будто он оставил на мне отпечаток, и он уже не сотрётся.
Дрожащими пальцами я стянула с себя испачканый кровью халат и торопливо скомкала его в руках, пытаясь спрятать от чужих глаз, засунула в сумку и, насколько смогла, застегнула молнию.
Этот Арсений ненормальный. Просто псих.
Я вышла из ниши, стараясь держаться ровно. Ноги были деревянными, но я заставляла себя идти, улыбаться и делать вид, что ничего не случилось. От волнения к горлу подкатывала тошнота, а перед глазами плясали белые мушки.
Я шла и улыбалась.
Утром наша староста Кира предложила после пар прогуляться к озеру, и первым желанием было отказаться. Сегодня у меня не было смены в больнице, но за последнюю неделю я изрядно устала, да и заданий по учебе накопилось, нужно было готовиться.
Но потом я решила, что мне срочно нужно выдохнуть. Потому что внутри постоянно всё кипело от напряжения, иногда я буквально не могла сидеть на месте, тревожно выхватывая в памяти безэмоциональные серые глаза.
И когда мы вышли из корпуса, когда солнце ударило в лицо, а воздух, тяжёлый и влажный, как перед грозой, окутал меня со всех сторон, я почувствовала, что дышать и правда стало легче.
— О, давайте возьмем чего-нибудь холодненького, или попить, — Кира махнула рукой в сторону магазина за остановкой.
Вся компания под одобрительные возгласы двинулась внутрь. Я побрела следом, с досадой прикусив губу. Я ничего не могла себе позволить сейчас лишнего, но оставаться снаружи было бы еще глупее. В магазине я медленно побродила между стеллажами, делая вид, что выбираю себе что-то, а потом незаметно двинулась за кассы.
— Полин, а ты чего не взяла ничего? — раздался сверху хрипловатый голос.
Я подняла голову. Мой одногруппник Глеб улыбался мне открытой, солнечной улыбкой. Он был на полголовы выше меня, с легкой щетиной и вечно растрепанными волосами. Доброе лицо, зеленые глаза, глаза, которые смотрят на тебя, а не сквозь.
Глеб давно проявлял ко мне знаки внимания, это было заметно. Он всегда старался сесть рядом на парах, протягивал свои конспекты, если я что-то пропускала, постоянно встречался со мной взглядом и улыбался.
Я не могла сказать, что это было взаимно. По крайней мере, не в том смысле, в котором он, наверное, хотел. Моя голова была занята другим — учебой, работой, деньгами, Мишей.