— Ну, смотри сам. Значит, задачи. Как всегда — упаковка яиц, упаковка курицы, подсчёт курицы после ощипывания. Теперь плохие новости: барабанная перосъёмная машина сломана, и девушки за день все руки стёрли, их ощипывая. Соответственно, сегодня надо им помочь и ощипать. Из-за коллапса их даже не посчитали — потом ощипанных буду я вносить в ведомость.

Желающие потренировать пальцы? О, отлынивающие от тренировок Медведев и Губанов — на ощипку! Остальные…

Дальше я уже не слушал. Что получается — куры неучтённые никем и ничем? Серьёзно? Свежие куры — не замороженные в лёд тела для пущего веса на весах, а мягкие, только надо ощипать?

Гена нахмурился — ему идея явно не нравилась.

— Чего загрустил? — ткнул я его локтем.

— Заколебали, чего они её никак починить не могут?

— А скажи-ка мне, друг, а она часто так ломается? — спросил я, предвкушая отличный план.

— По несколько раз в месяц.

— А Кузьмич всегда халявщиков назначает на ощипку неучтёнки?

— Всегда, — также хмуро сообщил мне он.

— Ну тогда я, похоже, по выходным теперь секцию не посещаю.

— Ты же фанатом борьбы стал после Тамбова?

— Я ещё и фанат еды, а в гастрономе всё раскупают со скоростью света. Я эти ритуалы с мерзлой курятиной видал в деревянном ящике.

— Что-то я тебя не понимаю.

— Чуть позже поймёшь! — улыбнулся я, а настроение начало повышаться.

Зайдя в цехи, мы обалдели: длинные транспортерные ленты с механизированной подачей тушек были забиты неощипанной курятиной. Лента вела в огромный чан на полкомнаты — чан был полон тёплой воды и мокрых цыпочек.

В соседней комнате уже приступили к работе ребята, которые складывали в ячеистые подносы яйца, сортируя их по размерам с помощью лекал. Далее нашей комнаты находилась комната со столами для упаковки мяса с весами и целлофановыми пакетами.

Запах тут стоял, конечно, лютый — смесь хлорки, крови и мокрого картона. В углу скопилась целая куча пера.

— Я не знаю, чего ты радуешься, — руки после такой процедуры словно после суток в бассейне с хлоркой, — произнёс Гена, беря огромный, словно лопата, металлический сачок.

— Расскажи, как вы обычно тут справлялись?

— Сначала распаренных куриц вытаскиваем и загружаем в чан новых, пока эти обтекают на стеллажах. Мы ощипываем и складываем на столы для упаковки — там их взвешивают, ставят печать, пакуют, считают, декларируют.

— Давай допирай, — улыбнулся я ему. — До соседней комнаты — это неучтённый товар, со слов Кузьмича.

— Ну да, так.

— За пропажу которого никто не несёт ответственности.

— Стыбрить предлагаешь? Бесполезно — на проходной досмотр личных вещей. Поймают — по шее дадут и с работы выгонят, — покачал головой Гена, доставая первую курицу на лотки для обтекания.