Хотя нет, не такое же. Тогда стена между ним и Даром была непроницаема. Сейчас он все еще ощущал свои руки. Чувствовал под пальцами, как у предателя бьется на виске пульс. Чувствовал тепло живого тела.

Арон сконцентрировал все внимание на верхнем фаланге указательного пальца и…

Вот он шевельнулся.

Вот сдвинулся — пусть и едва заметно.

Вот еще.

Потом так же — с большим пальцем. Со средним.

Медленно, отвратительно медленно, но власть над руками возвращалась. Еще немного — и он сможет довести начатое до конца.

«Не смей!» — в голосе Прежнего прозвучала ярость.

Арон не ответил.

«Если убьешь Мэля, я превращу твою жизнь в кошмар! Ты проклянешь тот день, когда занял мое тело».

Власть над руками вернулась почти полностью. Пожалуй, сейчас Арон уже мог свернуть предателю шею.

«Не притворяйся, будто не слышишь!»

Арон хмыкнул и убрал руки с головы Мэля. Он не очень понимал, почему Прежний все еще считал предателя другом — но про «кошмар» он не лгал. Значит, угроза была реальной.

«Слышу, Прежний, слышу. Надеюсь, ты не против, если я всего лишь свяжу твоего друга?»

«Связывай», — после короткой паузы буркнул Прежний. И в молчании ждал, пока Арон вытаскивал из походного мешка веревку и скручивал Мэлю руки за спиной, а потом, после краткого размышления, закидывал часть оставшейся веревки Мэлю на шею на манер удавки и привязывал ее концы к уже связанным запястьям. Попытается выбраться из пут — начнет душит сам себя. Насмерть не удушит, но желание освободиться пропадет. Арон был уверен, что полуэльф начнет искать способ сбежать сразу же, как придет в сознание.

«Ну а теперь побеседуем», — почти с удовольствием обратился Арон к Прежнему.

Власть над руками вернулась полностью, а предатель был пусть не мертв, но хотя бы обезврежен. Конечно, открытие, что Прежний может управлять телом вопреки его воле, портило все остальное, но Арон ожидал чего-то подобного. Не так просто Прежний дал ему доступ к своим воспоминаниям, не так просто вел себя подчеркнуто дружелюбно.

«Что ты имел в виду, когда сказал, что можешь превратить мою жизнь в кошмар?»

«Например, вот это», — мрачно ответил Прежний и сделал что-то. Арон не успел понять, что именно, как реальность перед его взглядом исчезла:

Трещало дерево, гудело пламя.

Дом догорал.

Вот провалилась крыша и часть бревен упала на каменную брусчатку.

Видение размазалось, и Арон моргнул. Вытер рукавом мокрые глаза. Прерывисто вздохнул. Потом повернулся спиной к дому, ставшему погребальным костром для его матери, и побрел прочь.

Один в чужом городе, никому здесь не нужный… Один в городе, в который только что пришла Синяя Чума…