Вот она подняла на него глаза, одновременно смеясь и плача, и Арон откинулся на спинку скамьи, расслабленно улыбаясь в ответ — чужая радость, яркая, искренняя и невинная, пьянила. И даже тягучее чувство опасности, все также давящее на виски, ненадолго показалось слабее.

* * *

Она пришла к нему этим вечером, немного смущаясь, но ее глаза все еще светились радостью:

— Господин, вы сотворили чудо. Маги и жрецы говорили, что ничего нельзя сделать… Я так благодарна… Вы не представляете, как я вам благодарна… — ее руки легли ему на грудь, скользнули к вороту рубашки, расстегивая пуговицы.

У Арона мелькнула мысль, что, будь он хорошим человеком, ему бы следовало отказаться от такой благодарности. Добрые дела, сделанные от души, не нуждаются в оплате…

Но он не был хорошим человеком. Уже давно не был.

* * *

А на следующее утро у порога комнаты его поджидала неожиданная просительница — измученная женщина средних лет, с серым от усталости лицом.

— Господин, спасите моего ребенка!

— Что? — после приятно проведенной ночи Арон был настроен на день отдыха, на лучшую еду и лучшее вино, которое можно было найти в этой глуши, на небольшую прогулку — размять ноги и заодно присмотреть нового коня. Мертвого вороного он бросил вчера еще на подъезде к деревне и до таверны дошел пешком — некромантов боялись, а Арона постоянный страх на лицах окружающих раздражал…

Так или иначе, но спасение кого бы то ни было в его планы не входило.

— Вы ведь целитель! Я видела, как вчера вы излечили Шену. Пожалуйста, умоляю! — женщина упала на колени, протягивая к нему руки словно в молитве, и Арон торопливо отступил на шаг назад. — У нас мало денег, но я займу у соседей… Пожалуйста, господин!

Арон поморщился — маг его уровня и способностей в деньгах не нуждался, и уж тем более не нуждался в последних грошах бедняков.

Сейчас он отодвинет эту нелепую женщину с дороги, спустится в зал, закажет сытный завтрак и…

— Чем болен твой ребенок? — неожиданно для самого себя спросил он.

— У него лихорадка. Он весь горит и задыхается, и я ничего не могу сделать! Пожалуйста…

* * *

Арон остановился в паре шагов от кровати, на которой лежал мальчик, весь покрытый черными пустулами, и повернулся к женщине.

— Лихорадка? — переспросил он негромко.

— Я боялась, что вы откажетесь, если я скажу…

— Черная оспа, — перебил ее Арон. — Это не лихорадка, это черная оспа! Сколько еще заболевших в деревне?

— Я не знаю…

— Кто принес заразу?

— Я не знаю… Может… Может, лицедеи? Они проезжали здесь в прошлом месяце.

Если бы Арон был Светлым магом, если бы избрал путь целительства, вылечить больного черной оспой было бы для него легко. Намного легче, чем, например, избавить юную Шену от проклятья. Но для Темного целительская магия работала иначе. Кроме того, практика. Вернее, почти полное ее отсутствие.