Эта ночь должна была стать моей последней, но нет. Леший привез таблетки и напичкал меня ими, отчего мне стало лучше, а еще… мы спали вместе. Снова. И опять он меня не тронул.
Ощущение такое, что этот варвар дает мне какие-то бонусы, которых я не заслуживаю, словно авансы наперед, и они, похоже, уже кончились. Поблажек больше не будет, я понимаю это, проснувшись с утра.
– Живая?
– Да. Хозяин.
Протираю глаза и смотрю на него. Леший надевает брюки, застегивает ремень, куда-то явно собирается.
– Куда ты?
– Это тебя не касается. На.
Бросает на кровать какой-то пакет, развернув который я опешиваю. Там несколько новых комплектов белья и носки. Теплые.
– Зачем?
– Мерзнешь все время. Устал сопли тебе подтирать.
– Спасибо. И за то, что не дал умереть ночью, тоже спасибо.
Молчит, игнорирует, а я понимаю, что мое время на исходе. Почему-то у меня именно такое ощущение сейчас.
– Сколько дней я здесь, хозяин?
Да, я теперь так его называю добровольно. Урок со стойкой усвоен. Уж лучше так, чем снова буду выводить Лешего, и нет, я не поумнела. Просто проверять, какие еще методы наказания этот бандит знает, мне как-то не хочется.
– Завтра будет семь. Ты спала почти двое суток, – коротко отвечает, а я киваю.
Боже, так быстро. Я большую часть времени просто умирала или стонала от боли. Первые же несколько суток здесь вообще почти не помню.
– Хозяин, мне надо в больницу.
– Ты же сказала, тебе лучше. Снова врешь?
– Нет, пожалуйста. На несколько часов, я вернусь потом. Честно.
Смотрю прямо на него. Не до шуток мне уже. Я никогда мать так надолго одну не оставляла, ей нужна помощь, а я тут. Непонятно где даже.
– Нормально можешь сказать, на хрен тебе туда?
Молчу. Не могу я признаться, иначе они мою маму убьют, хотя, думаю, со дня на день эти бандиты о ней узнают тоже.
– Это тебя не касается.
– Значит, никуда тебе не надо, – пожимает плечами. Конечно, ему плевать. Им всем. Никому нет дела до чужих проблем. Я уже привыкла.
– Стой! – окликаю его на выходе. Закутываюсь в простыню и поднимаюсь с кровати. Осторожно подхожу к Лешему, становясь напротив.
– Ты отдашь меня завтра? Так будет?
Вздрагиваю, когда Леший одним махом стягивает с меня простыню и жадно смотрит. Голодно, так откровенно, словно одним только взглядом ощупывает, у меня аж мурашки по телу разливаются, щеки начинают пылать.
Я совсем голая, но не прикрываюсь. Кажется, если только попытаюсь, снова нарвусь на проблемы, а этого мне уж точно не надо.
Прикрываю глаза, когда этот варвар касается моей голой груди огромной лапой. Нет, мне не больно, но он обхватывает нежное полушарие и намеренно задевает сосок, делая его каменным. Я же не шевелюсь, трепещу просто вся, не знаю, что делать. Я боюсь. Его. До чертиков.