Утром вышли снова. Мороз сковал землю, но снег ещё не пошёл. Идти стало легче — грязь затвердела. К вечеру следующего дня наткнулись на странное зрелище.

Посреди поля лежал мутант. Мёртвый. Огромный, чёрный, с панцирем, пробитым в нескольких местах. Рядом — следы боя, гильзы, воронки от взрывов.

— Кто-то его убил, — сказал Илья, рассматривая тело. — И убил мощно. Видите? Панцирь пробит крупнокалиберным. А вот это, похоже, из гранатомёта.

— Значит, здесь есть люди с тяжёлым оружием, — сделал вывод Артем. — Может, те самые, с Байкала.

— Или другие. Но направление то же.

Они пошли дальше, но теперь с удвоенной осторожностью. Если здесь были мутанты, значит, они могли вернуться.

На четвёртый день показался Байкал.

Озеро лежало перед ними — огромное, тёмное, с холодными волнами, бьющими в берег. А на берегу — укреплённый лагерь. Высокий забор, вышки, прожектора, антенны. Над воротами — красный флаг с крестом.

— Дошел, — выдохнул кто-то.

— Не дошли, — поправил Артем. — Ещё надо, чтобы пустили.

Часть двадцать девятая. Врата

К воротам они подошли с поднятыми руками. С вышек сразу нацелились стволы.

— Стоять! Кто такие?

— Выжившие, — крикнул Артем. — Идём с запада. Слышали ваш сигнал.

— Сколько вас?

— Девяносто три человека. Дети, раненые, женщины.

Пауза. Потом ворота приоткрылись, и вышел человек в военной форме — капитан, судя по погонам. Он оглядел толпу, задержал взгляд на детях.

— Заходите. Но сначала — карантин. Две недели в изоляторе. У нас строго.

— Знаем, — ответил Артем. — Проходили.

Их провели внутрь. Лагерь оказался огромным — несколько десятков бараков, ангары, мастерские, даже что-то похожее на теплицы. Люди сновали по делам, кто-то работал, кто-то нёс охрану. Жизнь кипела.

— Комендант примет вас вечером, — сказал капитан. — А пока — мойка, санобработка, новая одежда. Всё по протоколу.

Две недели карантина пролетели быстро. Отдых, нормальная еда, чистая одежда, кровати. Дети отъедались и отсыпались, взрослые приходили в себя. Коля подружился с местными мальчишками, Бим освоился и гонял по территории.

На десятый день к ним пришёл комендант. Пожилой полковник с седой бородой и умными глазами. Он долго беседовал с Артемом, расспрашивал о мутантах, о вирусе, о том, что они видели.

— Мы здесь с самого начала, — рассказал он. — Военный санаторий переоборудовали в убежище. Тысяча двести человек. Оборудование, запасы, связь с другими лагерями. Держимся.

— А мутанты? Они нападали?

— Было дело. Месяц назад. Отбились, но тяжело. Потеряли почти двести человек. С тех пор укрепились, наладили производство крупнокалиберных патронов. Гранатомёты свои собираем. Держим оборону.