Год прошёл с тех пор, как они обосновались в посёлке. Год относительного покоя, работы, надежд.

Посёлок разросся. Теперь здесь жило почти пятьсот человек — приходили новые беженцы, рождались дети, строились дома. Вокруг выросло несколько укреплённых форпостов, выставлены дозоры, налажена связь с другими поселениями. Учёные в лаборатории работали не покладая рук — Ирина и профессор Невзоров со своей командой создали прототип вакцины, но до массового производства было ещё далеко.

Артем стал заместителем коменданта посёлка. Он уже не носил монтировку — ходил с пистолетом, который носил под курткой. Но привычка постоянно оглядываться, прислушиваться, оценивать опасность осталась навсегда.

Катя преподавала в школе — вела историю и литературу. Детей стало больше, пришлось расширять классы. Алина заведовала больницей — теперь это было целое отделение с десятком коек и небольшим стационаром. Илья построил настоящую электростанцию на нескольких генераторах и ветряках — посёлок получал свет по шесть часов в сутки.

Коле было уже одиннадцать. Он вытянулся, стал серьёзным, помогал взрослым — носил воду, колол дрова, учился стрелять. Рыжий щенок, которого ему подарили, вырос в большую лохматую собаку по имени Бим. Бим всюду ходил за хозяином и, казалось, понимал человеческую речь лучше некоторых людей.

Всё было хорошо. Даже слишком хорошо.

— Не нравится мне эта тишина, — сказал однажды Шмель, сидя вечером у костра. — Слишком спокойно.

— Ты всегда недоволен, — усмехнулся Илья.

— Потому что опытный. Когда тихо — значит, готовится что-то плохое.

Артем молчал. Он тоже чувствовал это — смутную тревогу, которая не проходила, несмотря на внешнее благополучие.

— Лаборатория что-нибудь даёт? — спросил Шмель у Ирины, которая тоже сидела у костра.

— Работаем, — ответила та. — Вакцина есть, но нестабильная. Надо тестировать, а на ком? На себе? Рискованно.

— А вирус? Он меняется?

Ирина помедлила с ответом.

— Меняется. Мы наблюдаем мутации. В пробах, которые привозят дозорные, вирус ведёт себя по-разному. В некоторых регионах он почти исчез — заражённые просто сгнили и умерли. В других — мутировал в более агрессивные формы.

— Агрессивные? — переспросил Артем.

— Есть данные, что в крупных городах, где много заражённых, вирус эволюционирует быстрее. Возникают новые штаммы. Некоторые из них делают носителей сильнее, выносливее. Мы даже фиксировали случаи... — она запнулась.

— Что? — насторожился Шмель.

— Не хочу пугать раньше времени. Возможно, это просто слухи.

Но слухи перестали быть слухами через неделю.