— О чем спросить-то хотели?

— Коли на обыск идете, так стало быть, не несчастный случай, а убийство? — спросил Ухтомский.

Вот ведь, догадлив старый служака. Но чего тут не догадаться? Не первый год в полиции. Ежели убийство, да еще с неустановленным преступником, обыскивать место проживания жертвы обязательно нужно.

— На сто процентов не поручусь, но врать не стану, — туманно ответил я. — Похоже, что убийство.

— Вот этот вот? — кивнул Ухтомский на камеру, где и пребывал невольный убийца.

— Не думаю, — покачал я головой, прислушиваясь к звукам. Вроде никто не орет и не плачет. — Скорее всего — его попросту использовали.

— Я тоже так думаю, — согласился пристав. — Хлюпик он, такие не убивают.

Не стану спорить с Ухтомским, ему виднее. Все-таки, коллежский секретарь меня изрядно старше, да и реальных злодеев побольше меня повидал. А я так больше в кино, в сериалах. Здесь же, с кем сталкивался, то ни один из убивцев не походил на классического преступника с выпученными глазами маньяка и дергающейся щекой.

Выйдя во двор, спросил у Чижакова:

— Степан Леонидович, вы про патроны своим товарищам рассказали?

— Пока нет, — ответил тот. — Решил, что вначале своими соображениями с полицией поделюсь, или со следователем, а они сами решат — рассказывать или нет.

— Это правильно, — одобрил я. — Иначе труппа бы передралась, решая, кто убийца. Глядишь, к утру отыскали бы еще пару трупов.

Чижаков пытливо посмотрел на меня, решая — это шутка или нет, но понял, что я все-таки шучу. Но юмор у меня черный, сам понимаю.

Мы вышли на Воскресенский проспект, намереваясь повернуть в сторону гостиницы.

— Иван Александрович, а где у вас можно испить кофе? — спросил вдруг Чижаков. Словно оправдываясь передо мной, пояснил: — Всю ночь не спал, опасаюсь, что попросту засну в самый неподходящий момент.

— Вам только кофе или позавтракать? — поинтересовался я. Если кофе, через пару шагов кофейня, а перекусить, да испить хорошего кофейку — чуть подальше, в тот самый трактир для извозчиков, где мы с Нюшкой как-то похулиганили. Не дело чиновникам посещать простонародные точки общепита, но надо быть поближе к народу. В последнее время в трактире для извозчиков на меня уже не косились. Уважают. Там даже отремонтировали эту штуку на ножках, на которую засыпали песок для варки турецкого кофе.

— Лучше бы позавтракать.

Ясно, понимаю. Вчера, скорее всего, артистам не до ужина было, а нынче, вместо завтрака, Чижакова на допрос вывели.

Длинные столы и лавки были заняты усталыми работниками гужевого транспорта, но нам быстро организовали свободный столик, вытащив его откуда-то из-за плиты. Мы уселись, я даже покивал тем мужикам, лица которых оказались знакомыми. Как знать — может, они тогда и вступились за меня, отоварив зарвавшихся гуртовщиков? А нет, так тоже ничего страшного.