Он кивнул:

— Готово, князь. Можете не сомневаться. Стрелки расставлены на стенах и башнях. Я приказал им, чтобы тихо лежали и не высовывались пока без моей команды. Противника постараемся не спугнуть.

— Уж постарайтесь, поручик! И наблюдение за дорогой усильте, чтобы не проворонить неприятеля, — сказал я и, посмотрев на солнце, положение которого на небе оставляло мне еще немного времени до прибытия фуражиров, зашагал в сторону особняка хозяйки Гельфа.

Надо было известить вдову, что в стенах ее крепости скоро ожидается новый бой с французами, и что в дорогу нашему отряду понадобятся припасы. Я понимал, что баронесса после нашего пребывания, фактически, останется обобранной до нитки, но, другого выхода не имелось, как только экспроприировать провизию для солдат у нее.

Я нашел баронессу на первом этаже ее дома, посреди просторного холла, когда она давала указания слугам. После того, как я успокоил ее, обняв и поцеловав в разгромленном будуаре, Иржина явно взяла себя в руки. От ее слез не осталось и следа. Она подавила в себе растерянность и снова выглядела уверенной в себе хозяйкой замка.

Глядя на ее красивое лицо, я думал о том, что Иржина, пожалуй, особа неординарная. И дело совсем даже не в ее внешних данных, которые, впрочем, были весьма хороши, а в том, что она отличалась от других женщин, собравшихся в замке, гораздо большей эмоциональной устойчивостью и смелостью. Эти качества она продемонстрировала в экстремальной ситуации, не испугавшись ни стрельбы, ни звона сабель. А когда все другие дамы запаниковали, она одна сохранила самообладание и привела помощь.

Еще она не боялась ни темноты подземелья, ни даже крыс, которые в той подземной темноте обитали. Вот только, я пока не понимал, это с ее стороны такая бравада, чтобы мне понравиться? Или же она настолько смелая сама по себе? Одно я знал точно: такую женщину я не встречал никогда раньше.

Пройдя внутрь особняка, я видел и то, как стараются ради своей хозяйки слуги. Они не роптали, а трудились с энтузиазмом, чтобы ликвидировать в кратчайшие сроки недавний разгром: выносили обломки мебели в большой сарай, стоящий недалеко от дома под самой крепостной стеной, подметали и мыли весь дом, загаженный во время штурма и разграбления. Януш вместе с конюхом пытались приладить на место входную дверь, сорванную с петель. Беата, Маришка и другие служанки вооружились вениками и швабрами. Похоже, все они очень уважали свою хозяйку. Да и она, надо признать, четко ставила задачи и распоряжалась деликатно, не повышая голоса и не позволяя себе никаких обидных слов в отношении своих работников.