— Хм, значит, козлы у вас в роду — это обычное дело? — усмехнулся я.

Он ответил, сверкнув своими маленькими поросячьими глазками:

— Не разбираетесь вы в геральдике Европы, хоть и князь. У нас в Чехии козел считается символом предводителя.

— Предводителя других козлов? — подтрунил я.

Но, Леопольд проигнорировал мой выпад, сказав:

— У нас козел издревле означает воплощение жизненной силы решительных земледельцев, способных постоять за себя.

— С помощью рожек? — вновь усмехнулся я.

А виконт, поняв наконец-то мой сарказм, опустил глаза и замолчал.

Мне же, наоборот, нужно было его разговорить, потому, напрягая память, доставшуюся мне в наследство от настоящего князя, я попытался объяснить:

— У нас в геральдике России козлы и козы тоже имеются. Например, на гербе Твери — козел, а на гербе Самары — коза. Такое изображение символизирует силу характера, упорство и несговорчивость. Так что трактовка этого символа далеко от вашей не ушла. Я же, признаться, опасался иного. Это же и символ тех, кто поклоняется сатане. Потому, увидев ваш перстень, я подумал, что вы из сатанистов. А ваш поступок только укрепил меня в этом подозрении.

Леопольд снова поднял на меня глаза, перекрестившись и сказав:

— Поверьте, князь, я добрый католик и никому зла не желаю. А в своих безумных действиях раскаиваюсь. Отпустите меня. И я обещаю сразу же уехать в свой замок и сидеть там под добровольным домашним арестом до окончания всей этой войны.

— Замок у вас есть, говорите? А что он собой представляет? — заинтересовался я.

— У меня получше, чем этот полуразрушенный Гельф. Я владею добротным замком и хорошо укрепленным. С большими запасами в подвалах. Почти неприступная крепость, в которой мои предки не один раз выдерживали осады. Здешов-Козел называется, — поведал Леопольд.

— И где же расположен ваш замок? — спросил я.

— В горах. В дне пути на лошадях к юго-востоку отсюда, — ответил виконт.

Мой интерес был совсем не праздным. Я думал о том, что раз у проштрафившегося виконта имеется собственный замок, то необходимо использовать это обстоятельство с выгодой. Одно дело выходить из Гельфа с отрядом, фактически, в никуда. И совсем другое — двинуться целенаправленно из одной крепости в другую. Тем более, что и путь не слишком далекий. А юго-восточное направление меня вполне устраивало, хотя бы тем, что там, если верить Годэну, не стояли французские гарнизоны. Ну и поближе к границам Российской Империи все-таки продвинемся.

А в крепости виконта можно будет не только подкрепиться и отдохнуть, но и отбиться от неприятеля, если французы пошлют за нами погоню. Потому я предложил Леопольду, в качестве искупления его вины за совершенное преступление, проводить нас в свой замок и принять там на правах радушного хозяина, обеспечив отряд всем необходимым за свой счет. Выслушав мое предложение о том, как можно сгладить свою вину, Леопольд согласился, а я перевел его из темницы под домашний арест, обработав рубленую рану на его боку. Впрочем, на его толстом теле пострадал от сабельного удара лишь слой подкожного жира, что не представляло особой опасности для здоровья.