— Мастерская Амвросия Покрышкина, — шеф кивнул с таким видом, словно он с самого начала так и предполагал.

Я прикусила язык, чтобы не сказать ему что-нибудь едкое. Ну да, разумеется, шеф догадался, и догадался уже давно, может быть, с самого начала! Но как это ему помешало поднять переполох на весь город и устроить веселые старты с участием миллионщика? Никак не помешало, это как раз в его вкусе.

Шеф посмотрел на меня искоса, будто примерно представлял, что творится у меня в голове.

— Именно она! — сказал Усманов. — Теперь, когда меня поймали, я волен рассказать все. Однако, должен сказать, мой работодатель будет и доволен, и недоволен.

Поймав наши недоумевающие взгляды (по крайней мере, мой и Цой) он пояснил:

— Доволен — потому что я сумел уходить от преследования дольше, чем он рассчитывал. Недоволен — потому что в результате меня прижали только одним аэромобилем, а не целой дюжиной!

Цой и Орехов переглянулись.

— Тебе не стоит огорчаться, — сказал Орехов. — Над моим аэромобилем потрудились опытные механики.

— Так дело в том, что и над моим трудились мастера своего дела! — сказал Усманов. — Вы ведь знаете, почему аэромобили не применяют на флоте?

— Радиус действия, — тут же ответила Цой. — Кроме того, проекты фрегатов, призванных нести несколько расчетов аэромобилей, призваны нерентабельными. В основном, из-за их тяжести. С паровыми машинами корабли, конечно, стали больше, чем когда они были чисто парусными, но все равно…

— Именно, — кивнул Усманов. — Мой аэромобиль сделан из облегченного сплава, а потому на том же объеме горючего способен летать значительно дольше, как вы заметили. Правда, и на старуху бывает проруха… Но флотское начальство и лично адмирал Бобастов не захотели даже рассмотреть прототип. Поэтому и появилась идея поднять шумиху.

— Думаете, после этого адмирал рассмотрит? — с живым интересом спросил Орехов. — Я с ним знаком, этот достойный господин отличается… редкостной настойчивостью.

Надо думать, под этим дипломатическим выражением скрывалось «ослиное упрямство».

— Если начистоту, то меня это уже не касается, — сообщил Усманов, с аппетитом прихлебывая чай и закусывая печеньем. — Даже если Покрышкин решил все это провернуть просто в качестве издевки флоту, мол, накося-выкуси — его дело! Уверен, что после такой демонстрации инвесторов он получит, если не с флота, то еще откуда-нибудь. Вы ведь знаете, аэромобили в качестве транспорта нигде в мире особо не прижились, кроме Необходимска, из-за своей дороговизны, а если их удешевят… Ох, надо же, а эти печенья еще лучше ватрушек! Ваша повариха, Мурчалов, воистину волшебница! Когда-нибудь я разбогатею и уведу ее у вас, — и он снова подмигнул, на сей раз шефу.