— Что он делает, дур-рак, — пробормотал Пантелеев. — Мобили так высоко не летают!

— Но ведь летали, когда вы загоняли Таксиста около парка? — спросила я.

Пантелеев мне ничего не ответил.

Мурчалов произнес спокойно:

— Анна, вам предстоит научиться доверять исполнителям, если уж вы их сами выбрали.

Смешно сказать — я выбрала Орехова в исполнители!

Но почему-то слова шефа меня успокоили. Хотя Василию Васильевичу легко рассуждать. Не его же план вот-вот провалится…

И тут я наконец увидела Таинственного таксиста. Его мобиль летел на одном уровне с нашим, но вдруг заложил петлю и снизился между аккуратными домиками Медного конца. С досадой я осознала, что Орехов не успеет его перехватить, если Таксист не задержится — его мобиль все еще маячил слишком далеко.

Так и произошло: мы успели лишь ненамного сократить расстояние, и даже Орехова отделяло от места посадки еще несколько сотен метров, как мобиль Таинственного таксиста свечкой взмыл в высоту. Ну и скоростной взлет! Мобиль Орехова был на это не способен даже после всех стараний механиков-энтузиасток.

Меня тут же охватило дурное предчувствие: показалось, что, несмотря на все наши старания, несмотря на то, что нам так повезло и мы застали Таинственного таксиста чуть ли не в нескольких шагах, сейчас он все равно увильнет от нас!

Но Орехова пораженческие настроения не беспокоили. Его аэромобиль медленно, едва ли не по сантиметру (с нашей точки зрения), но все же приближался к жертве. Вот только мне казалось, что он не столько стремится сократить расстояние между ними, сколько забирается все выше и выше, чуть ли не под облака. Да с ума он, что ли, сошел?

Даже если предположить, что после реконструкции его аэромобиль выдержит подобную высоту, там ведь адски холодно и ветер сильнее! Да и к Таксисту его это отнюдь не приближает!

Кажется, я сказала что-то из этого вслух, потому что Абрам Пантелеев выкрикнул, неожиданно сменив позицию:

— Да нет, парень-то молодец!

— В каком смысле? — прокричал Мурчалов. Видно, шеф был тут со мной согласен, хоть и призывал еще недавно доверять исполнителям.

— Ежели есть возможность подняться, так надо подниматься. Разменяет потом высоту на скорость, получит прибавку. Так и обойдет этого хмыря. Вот только выдержит ли?

Тогда я поняла план Орехова: он собирался использовать гравитацию, чтобы она дала ему дополнительное ускорение при резком снижении! Ну и рисковый тип! Я присутствовала не на всех испытаниях аэромобиля, но была почти уверена, что таким нагрузкам его не подвергали. Не нужно было быть гениальным физиком или математиком, чтобы понять, насколько серьезны будут нагрузки от такого маневра для пилота и аппарата.