Добавьте к этому громкий голос, черные широкие брови, внушительный нос и проницательный взгляд слегка прищуренных — возможно, от долгой привычки смотреть вдаль — глаз, и вы получите образ воистину незабываемый. А если добавить, что Ирина Ахмедовна подчеркивала свои природные данные в высшей степени экстравагантными нарядами, думаю, становится понятно, почему ни Орехов, ни Соляченкова — между нею с Горбановской не было особой любви, однако муж одной и брат другой из них скончался, оставив между женщинами взаимные деловые обязательства — не осмелились возразить ей.

И уж точно протеста нельзя было ожидать от бедного господина Клеменса, который и вовсе исполнял свои служебные обязанности.

Итак, наша экскурсия увеличилась на одного человека и довольно сильно замедлилась: большинство проходов на дирижабле были узкими, конструкторы никак не рассчитывали на человека габаритов Горбановской.

И все же бедный господин Клеменс сделал все, что мог.

Он показал нам пассажирские каюты — все они отделялись от коридора такими же синими занавесями, что и гигантская столовая; двери отсутствовали ради экономии веса. Показал служебные помещения, в том числе и кухню, из которой блюда поднимались в столовую на электрическом лифте.

Но особенно меня заинтересовали двигательные гондолы.

Тут надо сделать небольшое пояснение. Большинство дирижаблей — как их строили до сих пор — представляли собой огромный баллон, этакий поплавок в воздушном океане. К днищу баллона подвешивали гондолу, где находилась рубка, пассажирские и грузовые помещения, а за гондолой помещались двигатели.

— К сожалению, — проговорил господин Клеменс, — это весьма ограничивало грузоподъемность. У «Прогресса», как вы могли заметить снаружи, гондолы нет… Точнее, у него нет одной большой гондолы. Вместо этого под днищем баллона крепятся четыре малых гондолы с двигателями. Каждая сообщается с центральным техническим коридором с помощью небольшого мостика, — он кивнул в сторону неприметной двери, такой же вогнутой, как и бок дирижабля, вдоль которого мы шли. — В случае необходимости инженер или техник может выйти и обслужить двигатель.

— Прямо на высоте? — я понимала, что в такой компании лучше помолчать, но вопрос вырвался у меня сам собой.

— Так точно, — кивнул господин Клеменс, выдавая тем самым свое военное прошлое.

Затем он показал нам зал с огромными баллонами, которые обеспечивали подъемную силу дирижабля. По его словам, «Прогресс» поднимался с помощью смеси водорода с гелием, что должно было предотвратить возгорание: ведь если водород проникнет в воздух, в сочетании с кислородом он породит гремучую смесь!