— Это что? Тоже нам?

— Да нет… Книгу в издательстве забрал.

— Что, не приняли? — В голосе появились нотки любопытства.

— Не, это точно печатают, но кое-что нужно переделать.

Она привстала, всматриваясь, и неожиданно ехидно спросила:

— Ионенко? А по накладной — Птахин.

— Кто ж под своим настоящим именем печатается? Потом жизни не дадут! Поклонники за писателями просто охотятся!

— Ой да ладно? — Кажется, она теперь не понимала, как ко мне относиться, так что сбилась неопределенные интонации и машинально откинулась на спинку кресла, как-то непонятно, без помощи рук и тела, увеличив вырез декольте.

— Ну, кому надо, в издательстве или там с киностудии ребятам, те конечно в курсе. Но обычно без псевдонима никуда. Вот ты Булычева читала? Сказочник такой — «Алиса, миелофон»?

— Ну?

— А он на самом деле серьезный ученый Можейко! И кто в курсе? Соседи не ноют, трешки до получки не клянчат безвозвратно. Опять же работать не мешают, вдохновение не портят.

— Да ла-адно! Подумаешь, большая птица. Небось написал одну книжку и таскаешь с собой везде?

Вопреки тону сказанного теперь как-то сам собой начал увеличиваться разрез на юбке, открывая весьма симпатичное бедро. Всегда, в смысле последние три месяца, удивляло вот это изменение: стоило незнакомому человеку узнать, что я имею какое-то отношение к издательству, так сразу появлялось какое-то непонятное отношение, словно я витаю где-то если не среди небожителей, то как минимум рядом. Сначала отнекивался, а потом подумал — чего я мнусь? Ну вот хочется людям прикоснуться к «миру творчества»! Типа я сам не такими же глазами смотрел на Творцов, Что Забегали В Кабинет «Безответственного Редактора»? Хотя у меня было оправдание, я-то точно знал, что вот это — в самом деле писатели.

Эх, чертов Ионенко! Если бы не он… Или просто взять другую книгу? У кого бы позаимствовать что-нибудь еще не переведенное?

Наконец, последняя кассета легла на стойку и я быстренько рассортировал их по номерам.

— Здесь подпиши. «Приняла», должность и фамилию.

— Ага.

Почерк у нее был неожиданно четким и округлым.

— Хорошистка?

— Отличница!

— Молодой человек, вы закончили? — Подошедший со спины мужчина в строгом костюме осмотрел меня, потом стопку выложенных кассет. Покосившись, я обнаружил, что «отличница» с деловым видом перебирает какие-то бумаги, совершенно не обращая на меня внимания. Декольте куда-то исчезло, как и разрез на бедре.

— Да. Здесь материалы из «колебалки». Распишитесь, пожалуйста. — На всякий случай я подсунул накладную и ему. Мужик быстро просмотрел листки, взял кассету, с деловым видом открыл, проверил зачем-то подписи оператора, и лишь затем расписался. — У вас все?