Это была лысая женщина средних лет с половиной лица, поражённого пузырящимся антрацитовым веществом. Оно стекало по всему телу, образуя маслянистый блеск, а ноги и вовсе переходили в чёрную жижу, держа вертикально всё худое тело.

Она смотрела на нас как на червей, приподнимая подбородок вверх, в глазах колючий гнев, чёрные губы приоткрыты. Огонь по левую сторону освещал её угловатую фигуру. Кожа мертвенно-фарфоровая, от неё исходил тяжёлый, удушливый аромат серы и горького миндаля.

Я чуть было не прошляпил её молниеносный бросок в нашу сторону. Превратившись в странную жидкость, она в парочку зигзагов метнулась на меня, но напоролась на выставленный вперёд меч Аластора. Раздался булькающий крик, и тёмная сущность отпрянула от сработавшего антимагического щита.

— Огонь! — скомандовал Юра и вместе с магами накрыл заклинаниями замешкавшуюся некромантшу.

Одно из заклинаний пробило ей голову насквозь, вынеся мозги, другое обнажило рёбра, третье оторвало руку по локоть. Её нещадно рвало на куски: дробились кости, вырывались куски мяса, а лицо вовсе превратилось в кашу. Она ничего не успела сделать. Всего один миг и полусотня стихийников сделала из неё решето.

Последними выстрелами вырвало коленные чашечки, и она мясным кулём скатилась на землю, продолжая дёргаться в судорогах.

— Прекратить стрельбу! — прозвучала команда Абросимова. — Отличная работа, парни. Заканчиваем с оставшимися.

Магам повторять дважды не пришлось — они переключились на мертвяков, которых не добили глипты, и бодро сократили их поголовье. Когда умер последний, прозвучал победный клич. Общими усилиями разведчиков был убит ещё один некромант, а это большой шаг в колонизации «Чёрного-4».

— Погоди радоваться, — сказал я Леониду, сжимая божественную искру.

Убитые нами упыри и прочая нечисть вдруг потемнели и как-то странно высушились, оседая на земле, их объём резко уменьшился.

— Что за чертовщина? — спросил один из воинов, тыкая мечом в труп.

На наших глазах остатки органики с них, в том числе и кости скомковывались, превращаясь в чёрное вещество. Вместо поверженных врагов оставались жалкие бесформенные лужи.

— Да это нефть, — сказал кто-то сзади.

— Командир, та сука шевелится!

Из лысой изувеченной головы некромантши выползли непослушные струйки, напоминающие колыхающихся червей. К ней по земле устремились чёрные ручейки со всей округи: они огибали препятствия, разделялись пополам, или становились частью ещё большего «рукава». Нефть, словно живая, спешила к хозяйке этих мест для воссоединения.

— Убейте эту мразь, пока она не восстановилась!