— Здравствуй, Мия. Садись, я согрел для тебя кусочек подоконника.
— Эрвин, скажи… в память о былом. Почему я проиграла?
— Твое здоровье, Мия-Минерва.
— Мы вместе победили Адриана. Это же я разоблачила Амессина и обезвредила монахов. Я устроила диверсию на рельсах и сорвала переброску алой гвардии… Почему все славят только тебя?
— Прежде всего, я обаятелен.
— Ну, если желаешь услышать все, то не пьяней слишком быстро. Начнем с простого: закатники и Нортвуды всегда были на моей стороне. Зимою я не вырезал их, а позволил уйти живыми и даже выдал провианта. По условиям капитуляции, они обязались голосовать за меня.
— Изображали моих врагов? Да, мы решили использовать эту возможность. Весь Поларис считал их моими врагами — вот мы и поддержали заблуждение. Видишь ли, дорогая: скрытые друзья — ценный ресурс политика.
— С болотниками было сложнее, — продолжил агатовец, покачивая бокалом. — Мирей Нэн-Клер — чистейшая янмэянка. Тщеславная, самовлюбленная, хитрая — как все вы. При равных условиях она голосовала бы за тебя, так что пришлось над нею поработать. Сперва моя матушка провела с Мирей полгода в странствиях и без устали нашептывала, в каком я восторге от болотной культуры. Потом Роберт придушил Леди-во-Тьме. Это вышло спонтанно, без моего ведома, но очень удачно. Как оказалось, для некоторых женщин труп матери — лучший подарок. А финальную точку с гордостью поставил я. Дал в помощь Мирей иксов, но снабдил их приказом: никакой агрессии, только самозащита. Мирей слишком давно не бывала в Дарквотере, ее влияние там мало. Подлинные владыки болотных земель — могучие кланы колдунов: жала криболы и цветы асфены. И те, и другие оценили, что я не стал вмешиваться в их внутренние дела.
Эрвин послал ей воздушный поцелуй:
Она скривилась от этакой мудрости.
— Ты в них ошиблась. Когда скрестишь с ними клинки, когда ганта с Перстом Вильгельма внезапно атакует с тыла и сожжет твою лучшую роту — ты поймешь: они не так просты, как кажутся. Послы Степи испытали нас с тобою. Мне посулили щедрую дань и беззастенчивую лесть. Я был бы глуп, если бы принял то или другое: шаваны не любят ни скряг, ни зазнаек. Они уважают только силу. Я ее проявил, ты — нет.
— Дала себя обезоружить. Когда они пали на колени, стала упрашивать их подняться. А вождь никогда — никогда! — не должен упрашивать.
— Что бы сделал ты?
— Тьма…
— Император должен хорошо знать своих подданных. Даже если ему не по нраву то, что они собою представляют.
Эрвин помедлил. Странный румянец — смущение?.. — проступил на щеках.
— Прости?..