Новое дело: министерство налогов. Это учреждение страстно любили все члены банды. И охрана там невелика: воины заняты личной защитой вельмож, констебли носа не кажут на улицу. Ворвались ночью, заперли сторожей, вскрыли архивы, расправились с бумагами. С особенным удовольствием рвали, жгли, заливали мочой списки налоговых должников.
— Командир, а Фарвей — точно враг Адриана?
Тут избрали иной подход. Тайком пробрались на крыши соседних домов, вооружились пращами и зернами пшеницы. Ночью обстреляли зерном несчетные балконы, эркеры, веранды роскошного дома. На рассвете слетелись птицы. К полудню поместье Фарвея напоминало торт: покрыто густым слоем не совсем крема.
Майор Рука Додж услышал об их подвигах и лично пришел поговорить. Спросил Хамфри:
— Скучно сидеть, сосать лапу.
— Чего?.. — Хамфри оскалился. Не больно он любил это дело — просить разрешения.
— Нужно пугать врагов владыки.
— Лордов!
— Гы-гы… С министерством вы того, перегнули.
— Через неделю Адриан станет владыкой. Как ему вести учет, если вы, бараны, зассали все ведомости?
Майор Додж хлопнул его по плечу:
— Кто такие?
— Вы… Вы…
— Командир, не надо… — сказал кто-то.
Софи взяла главаря за руку, и он смягчился:
Подняли на ноги пару стражников, отдали им Альберта, махнули на дорогу: идите, свободны.
— Масло! — велел Хамфри.
Люди с ужасом смотрели на костер. Это лежало далеко за их пределом. Бить окна, громить дома — это в охотку. Но человек в огне, заживо…
Отозвались немногие. Другие повернулись к Хамфри:
Эвелин билась внутри, силясь высадить дверь. Не выходило — дверь-то была у нее над головою. Темные струи дыма проникали в кабину.
Люди сказали:
Тогда он ответил:
Многие бросились к экипажу. Бойцов охраны сразу отпустили, они вместе с людьми Хамфри ринулись тушить пожар. Вскоре пламя сбили, взломали дверцу, вытащили Эвелин — живую.
Несколько человек группой подошли к Одноглазому:
Его страшное лицо исказилось в оскале. Ответ, как будто, не требовался.
— Тогда зачем позволили мне? Вы — свободные люди. Поступайте, как свободные!
Затем пришел черед Минервы.
— Такого, как с Эвелин, больше не хотим. Давай помягче.
Вызнали маршруты движения, рассчитали время. Привлекли несколько других ватаг. На будущем пути Минервы, не доезжая перекрестка, разобрали куски мостовой, сделали рытвины посреди улицы. Конный авангард проскочит и не заметит, а вот кучер сбавит ход — если не хочет, чтобы карета развалилась. Подготовились, разместили отряды…
— Отставить! Шпаги в ножны!
— В чем дело, судари?
— Владычица общается с мастерами да старшинами, а мы, простые трудяги, тоже имеем вопросы.