В воздухе пахло мандаринами и печёным мяском, кондитер тётя Света как могла украсила подъезд, и жильцы уже устраивали нечто вроде калядок. А особо нетерпеливые и вовсе слегли во хмелю передохнуть часик перед праздником.

И хорошо было всем. Ну… почти…

— А кто он такой? — спросила Катя.

— Это отец Вадима, — ответил я, кое-как спускаясь с мешком вниз по ступенькам.

— А почему он не выходит из подвала?

— Ну-у-у-у… как бы тебе так объяснить?

— Как есть.

— Это сложно. Просто поверь, что так надо.

Ожидаемо, что по утру 31 декабря Сергей Петрович начал не на шутку хандрить. Грустно смотрел в окно на падающий снежок и ноги прохожих, вздыхал невпопад и рассуждал о том, что он уже слишком стар, и не нужно ради него собираться в семейный праздник в подвале, да и ты, Вадюша, молодой, тебе впечатлений нужно набираться, иди, гуляй, брось старика отца одного и ни о чём не думай…

Короче говоря, мужик совсем расклеился. Сам Новый Год он собирался встретить с «форумчанами» и даже не узнавая, что за форум сейчас имеется ввиду, решено было вытягивать его из этой грёбаной депрессухи.

Ну конечно же, его пригласили на всеобщий праздник!

Однако тайна живущего в подвале Сергея Петровича для всех остальных жильцов по-прежнему оставалась тайной. И это… на самом деле это правильно. Мы с пацанами — могила, тут говорить не о чем. Но доверять каждому человеку, что живёт у нас в подъезде это перебор, так что отказ Петровича был логичен и понятен.

Выход?

Элегантный, как и всегда.

Бах! Бах! Бах! — в дверь я постучал ногой, потому как руки были заняты.

— Кто⁈

— Свои! Открывай уже!

Пряня распахнул двери, и я наконец-то скинул с себя мешок. Не тяжёлый, но объёмный, зараза.

— Принёс.

— Спасибо, Лёх, — Прянишников меня аж обнял от чувств. — Большое тебе спасибо. А…

— Едет.

— Ага, — кивнул Вадим и крикнул: — Па-а-а-а!

В мешке был пропуск Сергея Петровича на свободу. Ну… во всяком случае хотя бы на сегодняшнюю ночь. На вопрос: «а что это за мужик с нами всю ночь протусил?» — ответить пространно не получится. Зато чуть хмельному, случайно прибившемуся в Новый Год к тусовке Деду Морозу рады все. И если постфактум спросить: «Кто это был?» — ответить: «Не знаю», — то родится не подозрения, а залихватская новогодняя история.

— Надевай.

— Вадюш, ну хватит.

— Надевай!

— Вадюш, не надо, идите уже развлекайтесь…

— НАДЕВАЙ, Я СКАЗАЛ!!!

Чуть ли не силком мы запихнули Сергея Петровича в голубую колючую шубу со снежинками, налепили бороду и вручили мешок с поролоновыми подарками. Мужик сопротивлялся до последнего, но всё-таки смирился с тем, что его сегодня будут веселить. Всё ещё прибывая в лёгком миноре, Петрович впервые со времени своей бытности Копытаном покинул подвал.