— А это кто там? — Виталя в очередной раз покосился на Лося, который семенил за нами следом. Молча и сосредоточенно, чтобы случайно не навернуться. Изо рта ростовой куклы клубами валил пар.

— Да ты его не знаешь, — отмахнулся я. — Забей.

И мы с Виталей продолжили непринуждённый трёп о том, кто с кем виделся и как у кого дела. Действительно, не виделись мы с Губаревым давненько, — было что обсудить и что вспомнить. А внутри ростового костюма тем временем пыхтел не кто-нибудь, а сам командор межгалактического флота и по совместительству бывший генеральный директор «ТехноПрогресс-Итерация», Сергей Петрович Прянишников.

То ли ирония судьбы, то ли откровенный стёб с её стороны. Хрен знает, но!

Во-первых, для бати Вадима эта вылазка в люди была просто необходима. Чем дальше, тем он всё больше сходил с ума в четырёх стенах. Ну а во-вторых, я пообещал ему за это пятьсот рублей. В условиях заблокированных карт и счетов, Прянишников-старший очень комплексовал на тот счёт, что сидит у нас на шее, и потому с удовольствием откликнулся на эту работу. Пообещал даже, что проставится с получки. Сомнительно, конечно, но ладно…

Итак!

— Здрасьте, — первым в кабинет зашёл Вадим. — Вот, знакомьтесь. Это Алексей Самарин, про которого я вам и говорил. Это Григорий Саныч, а это Григорий Ганнадич…

— День добрый…

Я протиснулся внутрь и осмотрелся вокруг. Аскетично. Из мебели — длинный стол для совещаний, не самые удобные стулья, архив с документами, который мне по привычке сразу же захотелось продать, и витрина с кубками, — когда только успели столько всего повыигрывать?

Так. Что ещё? Как и полагается, одна стена кабинета была сплошь увешана фотографиями. Повыше весь тренерский состав, а пониже игроки. Всё.

Но не успел я даже толком представиться и пожать мужчинам руки, как в кабинет залетел плюшевый лось. За последнее время я не раз имел удовольствие понаблюдать за тем, как танцует Сергей Петрович, и всякий раз испытывал чувство испанского стыда, — боюсь даже предположить, что в такие моменты творилось с Пряней, — но тут он вообще с катушек слетел. Танцуй так, будто никто не смотрит, ага. Хреново только, что в тишине.

— Маскот, — улыбнулся я, указывая на пляшущего под музыку в голове лося. — Одна из инициатив, которые я собираюсь вам предложить.

— И сразу же похвальная, — прокомментировал директор Воронцов, встал со стула и таки пожал мне руку. — Сами об этом думали, да всё что-то никак.

— А почему лось? — уточнил тренер Ерёмин, так же здороваясь со мной за руку.

— Лосиный Остров, — пожал я плечами.