И спецназовец тут же обратился к пришельцу:

— Пройдемте с нами в машину, Дмитрий Сергеевич. Надеюсь, что вы понимаете свое положение перемещенного лица без гражданства и без прав?

Дмитрий Никольский покорно кивнул и проследовал под конвоем автоматчиков НКВД в кузов грузовика нашей охраны. Мы же с Антоном по приказу Штерна начали разбирать пробойник. В это время рабочие, эвакуировавшиеся вместе с заводом из 1941 года, уносили поверженных роботов, загружая их в грузовики. И вскоре вся большая колонна эвакуируемых тронулась в обратный путь к нашей деревянной крепости, которая, как поведала Антону его жена из местных, называлась Славогорск. А князь, которого расстреляли комиссары, звался Всеслав Славогорский.

Теперь же городок управлялся военной администрацией, сформированной коммунистами и военными. Но, имелся еще и Вайсман, с которым вынуждены были считаться и те, и другие, прекрасно понимая, что именно от Вайсмана зависит открытие порталов. И, следовательно, эвакуацию ресурсов без него и его уникальной установки проводить никак не получится. А без ресурсов, которые научились уже уводить из-под носа у немцев, выживать в каверне со средневековыми реалиями было бы очень непросто.

К тому же, на стороне Вайсмана оказались сотрудники НКВД, которые перед самой эвакуацией в каверну получили приказ из Центра беречь гениального ученого и его научный коллектив всеми силами. И этот приказ они продолжали выполнять, оберегая ученых от опасностей. Бойцов НКВД в каверну ушло немного, но в их подчинении находились партизаны. И потому конфликтовать с Вайсманом и НКВД, оспаривая их право голоса во всех вопросах, никто ни из партийцев, ни из военных не осмеливался. Впрочем, меня такое положение вещей вполне устраивало, поскольку я тут сразу занял «теплое местечко» помощника Штерна, который, в свою очередь, считался «правой рукой» Вайсмана.

Колонна ехала медленно, а тут еще, как назло, пошел дождь. И тяжело нагруженные машины с трудом преодолевали размокший путь по лесной дороге, который, по сути, являлся просто старой тропой через лес. Наверное, даже сначала звериной, а потом уже протоптанной людьми и их телегами. В паре мест красноармейцам, которые шли пешим строем позади машин, приходилось вытягивать машины из грязи при помощи рук, методом раскачивания и подталкивания. Так что тащились мы долго, пропустили обед, и только к концу дня увидели наконец-то впереди высокую антенну над башней, на которой трепетал под ветром красный флаг.

Здесь уже начали все чаще попадаться палатки военных лагерей с вырубками просек, а вскоре и сам городок возле крепости показался с его деревянными бараками, наскоро выстроенными красноармейцами. Проехали и два контрольно-пропускных пункта, оснащенных пулеметами. Граница периметра была под круглосуточной охраной. Впрочем, никто из местных на пулеметы не лез. Не было таких охотников с тех пор, как остатки дивизии окруженцев, первыми эвакуированные в каверну из 1941 года, навели порядок, сразу показав, кто на этом месте теперь хозяин.