— Меня Сергей зовут. Я из 2012-го. Это Лена из 2007 года, — он кивнул в сторону девушки, а затем на своего соседа, — а это Костя. Он вообще из совка прибыл, из 1980-го.

Парень лет двадцати двух, подстриженный в стиле «Битлз», тряхнул челкой и молча подал руку через стол в небрежном приветствии.

— Алексей из 2025-го, — представился я.

— Ну, Леша, да ты тут самый основной получаешься, раз будущее лучше всех знаешь! — воскликнул Сергей.

— Добро пожаловать в наш клуб попаданцев в прошлое! — Лена усмехнулась и потянулась за куском черного хлеба. Потом спросила:

— Ну, и как там, в 2025?

— Так себе положение, — сказал я просто, обрисовав ситуацию несколькими фразами, но особенно не вдаваясь в подробности.

Костя сказал:

— Да ну ее к черту, эту политику!

А Сергей спросил:

— Ты уже знаешь, где оказался?

Я пожал плечами, сказав:

— Да, вроде объяснили. Каверна, 1941 год, где-то под Псковом, но в другом пространстве, где живут какие-то древние поселенцы феодальных времен. Но, я пока не понимаю, как это вообще работает? И почему нас тут столько? Они что, установку каждый день запускали?

Сергей фыркнул:

— А черт его знает! Ученые вон, с Вайсманом во главе, пусть копаются в этом заумном вопросе. Говорят, каверна — это типа разрыва в пространстве-времени. Она, — как пузырь, которого не видно снаружи. Но, только вот…

— Но, только вот, назад дороги нет. И в наше время нам не вернуться, — тихо закончила Лена.

Я замер с ложкой в воздухе, тоже прекрасно осознавая всю безысходность ситуации в очередной раз.

А Костя сказал:

— Точно, выход ведет только в 1941-й. Обратно в наше время — никак. Лучше уж здесь сидеть.

— Хм, кто бы говорил. Ты же из совка сюда прибыл. Должен себя чувствовать, как дома, — подначил Сергей.

— Но, у нас в 1980-м не было никакой войны! — возразил Костя.

— То есть, похоже, мы застряли здесь навсегда, — Лена вздохнула и отодвинула пустую миску.

— Пока что — да. Но Вайсман и его команда что-то пытаются придумать. Хотя, — она понизила голос. — Партизаны говорят, что немцы уже знают про это место. И если они сюда пробьются, то всем нам крышка…

— Ты что это пугаешь человека? — Сергей бросил на девушку косой взгляд. — Пока здесь все тихо. Да и партизаны с окруженцами, которые сюда ушли — народ серьезный. А вот местные — это особая тема. Мужики очень агрессивные, устраивают налеты и целые деревни вырезают. Это сейчас наши немного порядок навели, а то месяц назад здесь черт знает, что творилось…

Я хотел спросить еще что-то, но в этот момент Костя, до сих пор молча поедавший щи напротив меня, вдруг поднял голову.