Но больше всего нас заинтересовало немецкое оборудование, — особенно та самая установка, похожая на пробойник.

— Смотри, у них нет молнитрона, зато установлено множество катушек Теслы, — заметил Антон, разглядывая один из необычных приборов.

— Может, они пытались обойтись без молний? — предположил я.

— Но без молнитрона у них ничего не получится, — вмешался Штерн, подходя к нам. — Хотя… если они найдут альтернативный источник энергии, не менее мощный, чем молнии…

— Тогда они смогут создать свой портал! — закончил Антон, перебив инженера.

Штерн нахмурился, неодобрительно взглянув на моего напарника:

— Вполне возможно. И если это случится, то немцы могут не только проникнуть в нашу каверну, но и…

— Но и что? — снова проявил Антон нетерпение и неуважение к начальству.

Но, Штерн все-таки ответил:

— Но и разрушить наш хроноякорь. Ту самую точку опоры во времени, которая привязана у нас к 1941 году.

Мы с Антоном переглянулись.

— И что тогда? — опять спросил Антон.

— Тогда наша каверна может просто… исчезнуть. Вернее, исчезнем все мы…

Пока НКВД занималось допросами пленных, мы с Антоном продолжали осматривать, переписывать и паковать немецкое оборудование. А Штерн и Вайсман копались в трофейных бумагах под присмотром комиссара и под охраной Виктора. На одном из столов лежала папка с документами, помеченная грифом «Geheim» («Секретно»). Штерн, знавший немецкий, пробежался глазами по тексту и ахнул:

— Проект «Chronosprung»… «Хронопрыжок»… Они действительно работают над перемещением во времени!

— Что⁈ — Вайсман выхватил у него папку и начал листать. — Но, откуда они узнали о наших экспериментах?

— Может, кто-то из наших партизан продался врагам? — предположил комиссар.

— Или у них есть свой источник информации прямо в нашем исследовательском центре, — мрачно добавил Виктор.

Вайсман, изучив немецкие записи, пришел к выводу, что немцы не просто копируют его разработки, — они идут своим путем. Их установка, судя по схемам, работала не на молнитронах, а на каких-то кристаллических резонаторах, которые должны были создавать «временные разрывы» без гигантских энергозатрат.

— Но у них не хватает ключевого компонента, — пробормотал профессор, показывая на чертежи. — Они не могут стабилизировать портал. Без молнитронов их пробои хаотичны и слишком кратковременны, чтобы удержать хронопереход.

— Значит, они еще не могут перемещать объекты, как мы? — уточнил Штерн.

Вайсман возразил:

— Пока нет. Но, если они добудут наши технологии, если поймут, как устроен молнитрон…

В этот момент в помещение вошел лейтенант госбезопасности Семенов. Его лицо было напряжено, когда он сообщил: