— Где пугнус, Джо⁈ — в третий раз повторил моё имя Сорквурст, подбегая вплотную с задранной головой и делая страшные глаза, — Где он⁈

— Какой, в жопу, пугнус? — посмурнел я, опасаясь за психику знакомого, — У меня сроду не было их!

— Да не твой! А… — судорожно вздохнув, Гомкворт шмякнулся задом о камень и начал торопливо и сбиваясь, рассказывать причину, из-за которой он примчался сюда из Мифкреста.

По мере говорения моя челюсть отвисала всё ниже и ниже.

Оказывается, далеко не все представители волшебных рас довольны тем, что являются, по своей сути, паразитами, точнее симбионтами, во всем зависящими от разумных, способных к волшебству. Эльфы, основные бенефециары этих рас, расправляются с революционерами просто, банально изгоняя их на мороз, а вот волшебникам чуть сложнее, потому как у нас нет столь всеобъемлющего контроля над другими разумными. Так что да, существует определенная группа лиц, считающих, что они борются за независимость.

Разумеется, никто ни за что не борется, потому как это бессмысленно. Чтобы была какая-никакая среда для существование волшебных рас, нужно, чтобы определенная (и весьма большая!) группа волшебников поддерживала необходимую концентрацию частично упорядоченной магии на определенной площади, да и то все это будет относительно небольшим. Проще говоря, Мифкрест, город на полмиллиона жителей, поддерживается за счет того, что является огромным волшебным анклавом, в котором очень много магических вещей, услуг и товаров. Он как искусственный эльфийский лес (да, эльфам и тут намного проще). Создать аналог, в принципе, можно, но настолько дорого и сложно, что этим никто не будет заниматься. Так что, по сути, все революционеры есть «бездельники, хулиганы и тунеядцы», вредящие по мелочам волшебникам. В основном попытками стащить что-нибудь волшебное для своего собственного блага.

— Почему нам? — удивляюсь я, — Что мы им сделали?

— А кому еще? — в ответ удивился Сорквурст, — Эльфам? Так у тех на одного вечноживущего сотни три подчиненных! Изловят! А вот нам куда сложнее! Помнишь фею, что ты спас от того неумытого крестьянина…?

Так вот, фея, столь удачно притворявшаяся потерявшей ум, была как раз из этих, из революционеров. Разведчицей. Её задачей, как выяснили полицейские гоблины, было выведать подробности насчет житья-бытья одного молодого мага, только появившегося тут, но, соблазнившись винной брагой, недопитой одним тупым крестьянином, фея набухалась, впилилась лбом в косяк двери, была схвачена крестьянином в плен, а затем вскоре оказалась у меня.