— Потому что вы для него дети, — не зажался с ответом умеющий говорить фамильяр, — Тупенькие такие, славненькие, но неинтересные. Как старый тапочек. Лет через сто… сто пятьдесят… тогда приходи. Может чего и изменится.
Звучало это очень обидно и невероятно досадно, но перед Мойрой Эпплблум, здесь и сейчас, возникла уникальнейшая возможность разговорить странного хамоватого фамильяра, что было намного-намного важнее каких-то там обид. И только она (под одобрительным взглядом кота) набрала воздуха в свою высокую грудь, чтобы разразиться градом вопросов, как неожиданно раздавшийся позади этой парочки рассерженный голос заставил девушку подавиться воздухом.
— Шайн! — гневно заорал возникший на берегу Дино Крэйвен с палочкой наготове, — Скотина! Эту рыбу нельзя жрать! Я же тебе запрещал!! Я всем запрещал, но тебе даже отдельно!!!
— Дино… — укоризненно посмотрел на него кот, вынуждая декана озадаченно замолчать, — … неужели ты думаешь, что я смог бы достать из пруда такую тушу? Чем? Лапками?
Мойра громко и мучительно икнула от удивления, чем привлекла внимание декана. Этим тут же воспользовался кот.
— Это всё она, — быстро сожрав еще один кусок рыбьей плоти, сообщил кот, — Шлепнула рыбеху от огорчения, а потом попросила меня помочь от неё избавиться. Так что, Дино, не на того краюху крошишь. Вот девка, к ней все вопросы.
И, разумеется, он смылся сразу же, как только декан развернулся к совершенно ошеломленной такой подставой девушке.
Даже рыбу с собой прихватил.
Скотина.
— Твой кот подставил меня! — голосом, полным праведного гнева, мне было брошено в лицо обвинение.
Пыхтя от злости, Мойра Эпплблум стояла перед моим столом заместителя Библиотекаря с уткнутыми в бока руками.
«А ничего она сиськи отрастила…», — отстраненно подумал я, оглядывая подругу (точнее, надоеду) детства. Вслух же сказал, — Наверное, ты допустила ошибку…
— Какую ошибку⁈ — обомлела, пуча глаза, юная волшебница, — Никакой…
— Ну, возможно, ты заговорила с ним… — голосом человека, который никаких жареных карпов на ужин не ел, важно проговорил я.
Кажется, получается. Да, отличный голос. Не забыть, как это я делаю, если сюда ворвется старина Дино.
— Что?!!
Ох, как невовремя она пришла. Я только смог добраться до одного интересного зачарования, наделяющего тарелки свойствами самопомывки. Ситуативная големизация. Сложно, конечно, зато никакой тебе посудомоечной машины вовеки веков! И тут на тебе, врываются, шумят, грудью трясут.
— И вообще, причем здесь я? Шайн полностью разумное существо, предъявляй претензии ему. Можешь вообще его заколдовать, я не обижусь.