После обеда мы миновали Жигулёвские горы и заехали на плотину ГЭС. Любомир, делавший вид, что дремлет большую часть пути, встрепенулся.
— За плотиной съезд направо, — сказал он.
— Ладно, — кивнул я.
— Потом вниз, под мост, и вдоль берега. Километров пять.
— Принял.
Места здесь были красивые: сопки, лес, живописная матушка-Волга. Вдоль реки красивые дома, ухоженные сады. Благодать! Жаль, что раньше здесь не бывал — а то мог бы и отпуск провести, когда ещё мог себе это позволить. Говорят, тут ещё и рыбалка хорошая…
— Вот сюда, на сопку, видишь? — Любомир указал на неприметный съезд на грунтовую дорогу.
— Угу, — кивнул я, притормаживая и выкручивая руль.
Дорога вела через фруктовый сад. На ветвях виднелись многочисленные завязи. Должно быть, весной тут было очень красиво.
Хорошенько попетляв по сопке, мы упёрлись в кирпичную арку с воротами, которая выглядела совершенно заброшенной: облупившаяся штукатурка, ржавый металл.
— Ну вот и приехали, — улыбнулся Любомир. — Посигналь!
— Ладно, — неуверенно ответил я, но на клаксон нажал.
Никакой реакции не последовало.
— Ещё раз, не стесняйся, — подбодрил дух.
Я успел ещё пару раз посигналить. А потом ворота дрогнули. Образовалась широкая щель, в которую протиснулся здоровенный лысый мужик в камуфляже, самого недоброго вида. Нахмурившись, он поднял автомат и нацелился мне в грудь.
Я на всякий случай начал поднимать руки.
— Ну-ка опусти немедленно, ты чего? — возмутился Любомир.
— Что? Он же псих, посмотри! — возразил я, однако руки положил обратно на руль.
— Он —простолюдин. Ты — князь. Никогда, ни в коем случае не показывай простолюдину, что сдаёшься. Понял?
— Да понял, понял… что делать-то?
Мужик так и продолжал выжидательно смотреть на меня, целясь из автомата. Чёрный зрачок ствола действовал на меня гипнотически, думать было невозможно.
— Открой окно и прикажи опустить оружие, — ответил Любомир.
Я, стараясь не шевелить губами, произнёс формулу заклятия послушания. Потом открыл окно.
— Ствол опусти, — сказал я спокойно. Действие заклятия придало мне моральных сил.
Мужик аккуратно опустил ствол. Потом улыбнулся.
— Доброго вечера, вашбродь! — сказал он, поклонившись. — Виноват, обознался. В здешних местах много любопытной швали шляется по вечерам, вот я и…
— Ясно, — ответил я. — Мне нужно повидать графа Баранцова.
— Как изволите доложить? — спросил мужик.
Я вопросительно посмотрел на Любомира.
— Да, проблемка… Нельзя тебе своим именем называться перед челядью! — Он почесал лоб. — А скажи-ка, что ты с приветом от её сиятельства княгини Колюмной. Охранник не поймёт, а граф должен догадаться.