И я ведь пытался быть сильным все эти годы. Только получалось плохо. Выходит, теперь у меня есть второй шанс.
— Похоже, приехали, да? — спросил Любомир.
— Похоже на то, — кивнул я.
— А вон, гляди, встречает уже.
Из домика, обшитого голубым сайдингом, вышла женщина в резиновых сапогах на босу ногу и длинном легкомысленном платье в горошек. Увидев меня, она улыбнулась и помахала рукой.
— Скажи ей, что от Семёна по рекомендации, — произнёс Любомир.
Я молча кивнул и вышел из авто.
— Приветствую, чем обязана? — улыбаясь, сказала женщина.
Её сложно было назвать красивой: мелкие черты лица, веснушки, но умно-настороженный взгляд карих глаз придавал ей какое-то особенное обаяние.
— Я от Семёна, — ответил я. — По рекомендации.
— О, Сеня! Давненько слышно не было! Как у него дела?
— Скажи, что через пару месяцев отпустят, — посоветовал Любомир. — Дело разваливается.
— Да потихоньку, — ответил я, стараясь не глядеть на своего призрачного спутника. — Через пару месяцев отпустить должны. Дело разваливается.
— А-а-а, рада слышать, — кивнула женщина. Из её взгляда пропала настороженность. — Что сегодня брать будете?
— Скажи, кочет нужен. Самый крупный. Золотогривый или тёмный, — сказал дух.
— Кочета бы. Самого крупного, золотогривого или тёмного, — ответил я.
Женщина вздохнула и прицокнула.
— Очень сильно надо? Есть один, хотела его на курятник, едва в возраст вошёл… ох, дороговато выйдет…
— Беру, — ответил я.
— Двести, — сказала женщина и заранее нахмурилась, уперев руки в бока, видимо, ожидая моей негативной реакции.
— Бери, не торгуйся, — посоветовал Любомир.
— По рукам, — ответил я.
Пока женщина, которая, кстати, так и не представилась, ходила за петухом, я отсчитал требуемую сумму. Пришлось отдать почти всё, что мы взяли в магазине.
— Расценки тут, конечно… — тихо пробормотал я.
— Тут птица растёт так, как надо, — ответил Любомир. — Без обмана. Это ценится. Для треб только такие и годятся.
— Ясно, — кивнул я.
— По-хорошему в твоём случае быка бы… но такая треба внимание привлечёт, а нам этого пока не надо. Так что немного тебя подлатаем, и решим, что дальше делать.
Когда за окном отгорел закат, Любомир возник в моей спальне. Сначала он посмотрел в окно, потом оглянулся на меня. Сдвинул брови.
— Готов? — спросил он.
— Как видишь, — я пожал плечами.
После ужина он сказал мне, что нужно принять душ и облачиться в специальную одежду, напоминающую льняную робу с вышитыми цветными узорами. Одежда эта хранилась в отдельном ящике, тоже украшенном символами, на который я сразу не обратил внимания.
Роба эта мне понравилась тем, что в ней фигуру не особо видно.