— Значит, люди рады магам и магии? — уточняю.
— А с чего бы нам не радоваться? — фыркает Ганна. — От магии одна польза. Вот представь, если бы мы с тобой сейчас не на маг-плите готовили, а на дровяной, как раньше? Это ж сколько мороки! И дрова заготовь, и огонь карауль… А дым от плиты какой! Нет уж. Я бы тогда в кухарки не пошла. Лучше бы, как Нана, в домах убиралась.
— Это точно, — киваю. — Технический прогресс — это здорово.
— Магический, — с улыбкой поправляет она.
— Ну да. А то, что маги сильнее и могут пользоваться личными артефактами, людей не пугает?
— С чего ты взяла? — она пожимает плечами. — У магов артефакты, у людей — оружие. Тут вопрос не в силе, а в том, как ею пользоваться.
— А ты откуда всё это знаешь?
— Так в школе проходили. По истории государств и политических основ.
Ну вот. А я тут трагедию устроила. В любом мире есть сильные и слабые. И физически, и морально. И нет ни одной страны, где абсолютно все согласны с политикой властителя.
Делаю глоток чая. Как же хорошо.
— Язык, вот например, — продолжает негромко рассуждать Ганна, — это тоже оружие. И применить его можно по-разному. Такие, как ты, каждому доброе слово найдут, а Рыська своим языком любое настроение испоганит.
Фыркаю, едва не подавившись, а потом, откашлявшись, спрашиваю:
— А где она, кстати? Я её после разговора с гераной Леаной только мельком видела. Проскочила мимо, на меня даже не глянула.
— Так хозяйка её за этот самый язык отчитала да на две недели к дворнику отрядила. Тот как раз помощника просил листву убрать. Либо так, либо увольнение. А Рыське увольняться нельзя. Это наша хозяйка такая добрая, терпит. А с других мест её поганой метлой гнали. Рекомендации плохие. Если и отсюда вылетит, никто её не возьмёт. Внесёт хозяйка соответствующую запись, куда надо — и всё.
Ганна осуждающе качает головой.
— Рыська, когда устраивалась, чуть не в ногах валялась, работу просила. А сейчас, видно, расслабилась. Так что пускай на свежем воздухе поработает, авось мозги остудит.
Женщина тяжело вздыхает.
— А тот маг, который придумал артефакты для людей, он сейчас где? — возвращаю разговор в нужное русло и делаю глоток остывающего чая.
— Умер давно, — пожимает плечами кухарка. — Старый он был. Но дело своё сыну передал. А у того тоже сын. Они теперь вместе новые артефакты изобретают. И для магов, и для людей. Говорят, открыли лабораторию, куда принимают самых талантливых выпускников обеих Академий — тех, кто артефакторике учился. Но нашу Академию никто не переплюнет, у нас самые лучшие артефакторы выпускаются.