— Где встречаемся?
— В сарае у карьера. Не у Дудника. Как, пойдёт?
Я согласился. Отказываться от сведений не имело смысла. Если склад действительно существовал, у нас появлялся шанс пополнить запасы. Только пока мы не знали ни как туда попасть, ни сколько сумеем унести. И хранить добытое в мастерской Дудника я не собирался — другое место надо было найти заранее.
Главное — сначала увидеть этот склад!
Глава 12
Лютце смотрел на подполковника и не мог поверить в услышанное.
«Да как так можно? Это же враг! Это же удар по нам!»
— Переписан? — повторил он. — Да разве так можно⁈ Я же всё…
— Что ты всё? — оскалился Бруннер. — Что ты хочешь противопоставить моему слову? Ты забываешься, Лютце. В рапорте будет указано, что пожар возник в результате нарушения противопожарных правил при сварочных работах.
— Но…
Подполковник нахмурился, показывая, что перебивать его не стоит.
— Во время пожара задержанные рабочие при содействии посторонних напали на охрану и бежали. Трое солдат убиты при побеге. Двое погибли при тушении, пытаясь спасти военное имущество.
Лютце смотрел на него. Пятерых он потерял в бою. И теперь двоих собирались записать в погибшие при тушении, а сам бой — превратить в следствие пожара!
— А взрыв под навесом? А диверсанты?
— Последствия пожара установит комиссия. Наличие диверсионной группы ничем не подтверждено.
— Они стреляли ещё до пожара! Я видел их! Водитель видел! Шестаков, мастер из железнодорожных, привёл их на двор. Он был с ними заодно!
— Вот и укажите его в числе пособников. Вместе с приметами остальных. Разыскивать их будут как участников побега и убийц военнослужащих. Но никакой подготовленной диверсии в вашем рапорте не будет.
Бруннер говорил так спокойно, словно обсуждал замену сломанного стула.
— Есть показания солдат, — выдавил Лютце. — Есть рапорт поисковой группы.
— Который подтверждает стрельбу при попытке задержания. Я его читал. А ваши люди уточнят свои показания. От вас требуется новый рапорт, Лютце. Не учите меня вести переписку.
Бруннер встал, обошёл стол и остановился перед ним. Ростом они были почти одинаковы, но рядом с грузным подполковником Лютце вдруг почувствовал себя совсем маленьким.
— Шестаков — гражданский мастер, допущенный к работам на дворе. Он числится в списках вашего писаря. Вы сами его пригласили. Если он участвовал в нападении, это ваша ошибка. Ваша и только ваша.
— Я требую расследования! — Лютце привстал со стула. — Я требую, чтобы жандармерия…
— Вы не в том положении, чтобы требовать, — Бруннер положил руку ему на плечо и мягко, но твёрдо усадил обратно. — Вы отвечаете за свои ошибки. Вас отстранят от должности и направят в распоряжение начальника тыла. Там определят, что делать дальше. Это лучшее, что я могу для вас сделать.