– Моя девочка, – выдыхаю я, и снова становится тяжело дышать.
Только она и вернула меня к жизни. Всё время, что был без сознания, я видел её. Самой разной: от шикарной женщины до нежной домашней кошечки. Но никак не мог дотянуться. Только смотрел, а она всё время уходила.
– Как она? – спрашиваю у Стальнова и получаю насмешливый взгляд.
– Ты же разговариваешь с ней каждый день. Неужели не рассказывает?
– Сам же знаешь, – огрызаюсь. – И меня раздражает твоя довольная рожа.
Ника рассказывает только о сыне. А ещё каждый раз я кайфую от того, как она называет его мой Давидик.
– Знаю, – соглашается Стальнов. – Она сильная, справится со всем. Ох, совсем забыл, их же завтра выписывают. Мелкий твой похож на хомяка, такой классный. Врачи сказали, что смысла их держать в больнице нет. Да и Ника последние два дня сама уже обходится. Машку домой отправила.
– Блядь! Мне домой нужно, Дан! Там ничего не готово. Ни детской, ни одежды…
– Чернобор, это диагноз, – заржал Дан. – Уже всё готово. По крайней мере, по минимуму. И да, твоя женщина едет к тебе в дом. Так что я обнаглел и привёл в порядок твою комнату, оборудовав её так, как сказала Дикая.
– И все молчат, – злюсь я.
– Говорю, – отвечает Дан. – Так что давай, лечись.
Дан уходит, а я снова проваливаюсь в воспоминания. Пока делают все процедуры, молча терплю и жду, когда наберёт Ника. Смотрю фотки малого, что присылает Дикая, и грызу себя за беспечность.
Знал же, что эта сука не оставит её в покое. Видел по его больной роже, когда он меня сам встретил. Когда трепал своим языком, что будет делать с ней, когда заберёт.
Поверил. Набил морду и отпустил.
Камнев Вова ещё остался, и я жду его. Знаю, что явится. Такие приходят. Вот только с чем он придёт?
За окном темнеет, а Дикая всё не звонит. Набрать самому? Так пообещал же, что буду ждать.
Усаживаюсь поудобнее, ногой шевелить нельзя сильно, потому что ранение было серьёзным и кость задета. Беру мобильный и только открываю звонки, чтобы набрать свою дикарку, как дверь медленно открывается и впускает в неё тень той, что не покидает моей головы.
– Привет, – шёпотом произносит Дикая и держит на руках маленький конверт.
– Привет, – отвечаю в тон ей.
– А мы пришли сказать, что сын тебя ждёт, а я буду любить тебя и без ушей, – всё так же говорит Ника, только голос её дрожит.
– Я за вас всё отдам, – хрипло отвечаю я и смотрю, как Ника медленно подходит ко мне.
Откидывает край пледа и нежно говорит:
– Сынок, познакомься с папой.
***
Ноябрь, на удивление, тёплый месяц. А ещё очень приятно гулять по саду, вдыхая морозный воздух, и представлять приближение чуда.