– Тебе только, кажется, – отвечает Чернобор и делает выпад бёдрами, упираясь стояком мне в попу.
– Я не хочу больше, – говорю спокойно.
– Мы немного поиграем, Дикая, – хрипит возбуждённо Давид. – Ничего не могу поделать. Так что у тебя просто нет выхода, – и его наглые руки уже между ног.
Пальцы медленно растирают клитор, слегка ныряя в глубину киски. Отпускаю всё. Не хочу сопротивляться. Он не услышал, а я совру, если скажу, что у меня не стягивает низ живота от его присутствия рядом.
Давид не умеет слышать. А может…
Его возбуждённый член пристраивается к входу и медленно проходит внутрь. Недалеко. Только головка, но это совершенно новые ощущения. Он выходит и снова повторяет всё.
Тягуче, медленно, находясь на тонкой грани между нежностью и грубостью. Тело подрагивает от непривычных ощущений. Его очередной выпад, и я жду, что он войдёт грубо и до конца, но он снова замирает и медленно выходит, не войдя и наполовину.
С губ срывается стон. Мне сложно понять его. Не сейчас. Запах, прикосновения, голос – всё это Давид, но только не его действия.
Это какая-то другая грань, которая пугает. Мне страшно, потому что я могу пострадать. И будет больно.
Хочу дёрнуться сама и впустить его член до упора, но Давид ловит меня, хрипло смеясь:
– Коварная Ника, – он прикусывает моё плечико. – Сейчас будет так, как хочу я. А я хочу тебя медленно. Чтобы по капле выпивать.
– Давид, – выдыхаю я, скуля после очередного его действия.
– Скажи мне, чья ты, – просит он.
Качаю головой, а он продолжает эту пытку.
Из душа мы выходим спустя час, наверное. Вымотанная, уставшая, я вишу на руках Давида. Он укладывает меня на кровать и уходит. Становится не по себе. Но ровно до того момента, пока он не возвращается в комнату с подносом еды.
Ставит его на кровать, подаёт мне бутерброд с ветчиной и кофе. На подносе парует каша, яичница, фрукты и хлеб. Всё так вкусно, что я сейчас всё смету.
– Ешь, дикарка, – улыбается Давид, укладываясь набок и смотря на меня довольным взглядом. – И я покажу тебе, как люблю отдыхать. Тебе там костюм принесли, лыжный. Поехали кататься, красавица.
– Ой, всё! – хохочет и возмущается Яська. – У меня от твоей довольной мордашки скулы сводит.
– Отстань, – отмахиваюсь от подруги.
Я уже дома. Завтра Рождество, а сегодня мы собрались с девочками, чтобы посидеть вместе и встретить наступивший год в привычной компании. Машки только нет, и это немного нервирует.
– Ну что «отстань», – не унимается Яська. – Ты себя видела? Как ты там говорила на нас со Стальновым? От вас фонит сексом! Вот, от тебя не просто фонит, он летает вокруг тебя видимым шлейфом. Я прямо вижу этих маленьких Черноборчиков, которые сверкают своими прелестями.