Мне понадобилось больше недели, чтобы окончательно понять, что я действительно беременна, и как итог, я всё же попала к доктору в город.

Но здесь нарисовалась новая проблема. Если рожу здесь, то ребёнок станет гражданином страны, а мне такие проблемы не нужны. Я не планирую здесь жить. Я ехала сюда только для того, чтобы успокоить свои нервы.

Мне ещё снятся сны, где я вижу Давида, где он сжимает меня. Чувствую, как он двигается во мне, возбуждая и наполняя до предела. Смотрю в его наглые глаза и понимаю, что болеть в груди не перестаёт.

А что, если у моего малыша будут черты Давида? Как я буду к нему относится? Смогу ли полюбить?

– Смогу! – ответила себе уверенно, смотря в ночное звёздное небо.

Здесь, на другом конце земного шара, небо другое, но не менее прекрасное. А у океана оно ещё красивее и ярче.

– Я всё смогу ради тебя, малыш! – положила руку на ещё плоский живот. – Ты будешь самым счастливым. От таких подарков не отказываются. А ты мой подарок.

Горло сковало спазмом, в груди закололо, а глаза ослепили слёзы. Да, Ника, и это только начало.

Я достала мобильный и, посмотрев на время, всё же не выдержала. Я и так игнорировала Яську с Машкой неделю. Открыла мессенджер, где у нас общий чат с девочками. Очень давно никто там ничего не писал.

Набрала сообщение и, не задумываясь, отправила. Прошло всего две минуты, как номер Яси уже мигал на экране.

– Твою же мать! – закричала Яська в трубку вместо «привет».

И я с ней полностью согласна.

– Я не знаю, что мне делать, – прошептала я.

– Ты уточни, пожалуйста, в каком направлении мне думать, потому что я не хочу думать в самом ужасном, – попросила Яся.

– Нет, – хохотнула я нервно. – В самом ужасном я даже не думаю. Но и… – я запнулась, не в силах собрать всех гусей. – Мне так больно, Ясь.

– Ну это нормально, – ответила она. – Всегда больно, когда всё по-настоящему.

– Особенно когда по-настоящему только у одного, – ответила я.

***

Сижу в небольшом кабинете местной больницы и пытаюсь понять, как же я так могла встрять?

Молодая девушка-врач напротив записывает мне в электронную карточку данные, а я убеждаю себя, что со всем можно справиться и с этим тоже.

– Вы же понимаете теперь, что у Вас никакое не отравление? – спрашивает на английском врач.

– Да, – отвечаю хрипло я, ещё и киваю.

В доме, что я снимаю уже второй месяц, случился переполох, когда я целый день не выходила. Женщина, что сдаёт мне его, вызвала скорую, да ещё и сама решила поехать со мной.

И сейчас эта женщина сидит на улице и ждёт, когда я выйду на улицу и скажу, что со мной. А что я должна ей ответить, не представляю.